Барселона: хроника объявленного провала

Евро-средиземноморский саммит, прошедший 27 и 28 ноября 2005 года в Барселоне, потерпел фиаско. Он был организован с целью придания нового импульса партнерству средиземноморских стран с 25 членами Евросоюза и прошел под председательством Великобритании. Но на саммит не явились лидеры многих арабских стран, и его не удалось завершить подписанием финального документа. Участники были вынуждены ограничиться принципиальной декларацией, осуждающей терроризм. Этот саммит в очередной раз проиллюстрировал неспособность Европейского союза проводить последовательную общую внешнюю политику. Стоит, однако, признать, что евро-средиземноморское партнерство существенно ухудшилось в последние годы в связи с арабо-израильским конфликтом. В 1995 году Европа, опьяненная подписанием двумя годами ранее соглашений Осло, думала, что проводит единую политику по отношению к средиземноморским странам, и была уверена в возможности создания единого рынка на территории всего региона. Эта цель очень быстро потеряла актуальность, и стали превалировать двусторонние отношения между европейскими государствами или Европейским Союзом и средиземноморскими странами.

Однако европейские лидеры не скупились на статьи, прославляющие евро-средиземноморское партнерство, как до начала саммита, так и во время него. В частности, Хавьер Солана, Жозе Мануэль Баррозу, Тони Блэр и Хосе Луис Сапатеро опубликовали сходные статьи, посвященные крупным достижениям Барселонского процесс и призыву к ускорению реформ в южных и средиземноморских странах.

Верховный представитель ЕС по внешней политике и безопасности Хавьер Солана (являвшийся министром иностранных дел Испании во время первого саммита) выступил первым в израильской газете для левой элиты Ha’artez. Он уверяет, что Барселонский саммит способствует реформам в южных странах и является лучшим способом борьбы с таким злом нашего времени, как торговля людьми и терроризм. Он утверждает также, что Европа может способствовать палестино-израильскому миру посредством Барселонского процесса – помогая палестинцам реформировать Палестинскую автономию.

В статье, получившей широкое распространение и опубликованной в Le Figaro, Daily Star и Jerusalem Post, председатель Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу выступил за демократизацию южных и средиземноморских стран посредством Барселонского процесса. Он объявил о создании к 2007 году программы помощи государсвам, в которых пройдет демократизация. Однако Баррозу не уточнил, какими будут факторы, по которым можно будет судить, носили ли демократические реформы «косметический» или реальный характер, а также, будут ли восприниматься действия в угоду западным интересам как «демократические» реформы. Автор также заявляет о своей поддержке концепции открытости южных и средиземноморских рынков и создания «единого рынка» Ближнего Востока.

И, наконец, премьер-министр Великобритании и председатель Европейского Союза Тони Блэр, а также председатель испанского правительства, ставший хозяином саммита, Хосе Луис Сапатеро, также расхвалили евро-средиземноморский диалог на страницахEl Pais. Подчеркивая трудности, испытываемые южными странами, они утверждают, что ЕС может помочь им улучшить систему управления. Оба социал-демократических премьер-министра выражают также свою веру в возможности ЕС по поддержанию мира между израильтянами и палестинцами путем финансирования реформ в Палестинской автономии.

В общем, основная мысль трех этих статей примерно одана и та же: средиземноморские страны испытывают проблемы (плохое экономическое управление, несоблюдение прав человека и демократических принципов) и представляют угрозу для европейских стран (иммиграция, терроризм и организованная преступность). Вывод ясен: им необходимо помогать и реформировать посредством финансового стимулирования, которое будет предоставляться лишь странам, открывшим свои рынки европейским экономикам. Хотя статьи и пестрят словом «партнерство», речь идет совсем не о нем. Статьи выдержаны в доходящем до абсурда патерналистском тоне, а южные страны рассмотренны в них исключительно под углом испытываемых ими проблем и неспособности их решить. При этом западные страны позиционируются как государства, подвергающиеся угрозе, но готовые предоставить свою помощь бедным соседям из одной только щедрости. Ни один из авторов не упомянул о том, что Барселонский саммит 1995 года обусловил долгосрочное открытие европейского рынка средизимноморским экономикам их предварительной открытостью европейскому экспорту.

Авторы также сходятся во мнении об ответственности палестино-израильского конфликата в ухудшении евро-средиземноморских отношений. Все трое повторили заявления Тель-Авива и Вашингтона о том, что мир на Ближнем Востоке воцарится после реформирования Палестины. Ни один из них и не думает упомянуть об ответственности Израиля. Они расхваливают европейские инвестиции в оккупированные территории как европейский способ способствовать миру в регионе, но они не осмеливаются напомнить, что множество объектов инфраструктуры, построенных на европейские деньги, были уничтожены Цахалом во время операций коллективного наказания палестинцев.

И, наконец, господа Солана, Баррозу, Блэр и Сапатеро сходятся в необходимости демократизации средиземноморских стран, не уточняя критериев оценки. Принимая во внимание атлантистский тропизм четырех европейских лидеров, можно сделать вывод, что близость их риторики к риторике Вашингтона неслучайна и обусловлена их общими целями. Скорее всего, «демократизация» Средиземноморья будет заключаться лишь в способствовании открытию рынков этих стран или установке в них прозападных режимов.

Интернет-сайт Cafe Babel опубликовал по теме демократизации и прав человека статью евродепутата от партии «зеленых» Элен Флотр. Она считает, что Барселонский процесс не привел к большим достижениям в области защиты прав человека. Зато гораздо более существенные результаты принесли двусторонние отношения между европейскими и южными странами. Однако подобный подход ограничен и свидетельствует о европейской политике двойных стандартов. Действительно, в связи с арабо-израильским противостоянием не существует способа оценить степень прогресса стран-партнеров в области прав человека.

Бывший директор отдела Средиземноморья и Ближнего Востока в Еврокомиссии Абрахард Рэйн также подвергает сомнению результаты Барселонского процесса на страницах ливанской газеты на арабском языке As Safir. По его мнению, саммит 1995 года не пошел дальше благих намерений, не найдя способов их выполнения. Если он и привел к каким-либо реформам, то лишь в результате действий лидеров некоторых южно-средиземноморских стран. Барселонский процесс смог стать фактором поощрения или местом обсуждений, но его последствия крайне незначительны. Сегодня же он призывает к интенсификации реформ, озвучивая пожелания европейцев, требующих, чтобы реформирование арабских стран стало прелюдией к безопасности.

По мнению французского аналитика Сами Наира из Libération, не стоило ничего и ждать от Барселонского саммита 2005 года, так как процесс евро-средиземноморской интеграции заморожен уже долгое время. Автор резко критикует слепоту европейцев, заявляя, что, вопреки официальным заявлениям, Евросоюз уничтожил средиземноморское партнерство, заменив его политикой «великого соседства»: системой двусторонних отношений со всеми приграничными странами, будь то Молдавия или Тунис. Автор, однако, считает, что средиземноморские отношения отличаются такими специфическими вопросами, как передвижение людей или евро-средиземноморская торговля. Захотев открыть для себя южные рынки в обмен на простые обещания, Европа сегодня прячет лицо.

Советник израильского правительства Шарон Пардо также считает, что Барселонский процесс мертв и выражает свою радость по этому поводу в израильской газете правой направленности Yedioth News. Он подчеркивает, что для Израиля нежелательно, чтобы по отношению к нему осуществлялась такая же политика, как и по отношению к соседям. Наоборот, привилегированное двустороннее партнерство, предлагаемое Евросоюзом соседним странам, является индивидуальной формулой, из которой Израиль может извлечь выгоду. В связи с этим автор полагает, что Израиль должен смягчить свою агрессивность по отношению к Европе, чтобы в полной мере воспользоваться преимуществами перспективных двусторонних отношений, противодействуя при этом всему, что может повредить «израильскому суверенитету», то есть свободному передвижению людей и товаров.