Сеть Вольтер

Заявление Барака Обамы на 67-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН

| Нью-Йорк (США)
+
JPEG - 31.1 kb

Господин председатель, господин Генеральный секретарь, уважаемые делегаты, дамы и господа, сегодня я хотел бы вначале рассказать вам об американце по имени Крис Стивенс.

Крис родился в городке под названием Грасс-Вэлли в штате Калифорния, в семье юристов и музыкантов. В молодости Крис вступил в Корпус мира и преподавал английский язык в Марокко. Он проникся любовью и уважением к жителям Северной Африки и Ближнего Востока и в дальнейшем пронес эту приверженность через всю свою жизнь. В качестве дипломата он работал в Египте и Сирии, в Саудовской Аравии и Ливии. Он был известен тем, что гулял пешком по улицам городов, где он работал, пробуя блюда местной кухни, заводя как можно больше знакомств, разговаривая по-арабски и слушая с широкой улыбкой.

Крис приехал в Бенгази в первые дни ливийской революции на грузовом судне. Будучи представителем Америки, он помогал ливийскому народу, пытающемуся справиться с последствиями насильственного конфликта, заботился о раненых и вырабатывал видение будущего, в котором соблюдались бы права всех ливийцев. После революции он поддержал рождение новой демократии, когда ливийцы проводили выборы, строили новые институты и начинали двигаться вперед после десятилетий диктатуры.

Крис Стивенс любил свою работу. Он гордился страной, которой служил, и уважал достоинство людей, с которыми встречался. Две недели назад он отправился в Бенгази, чтобы ознакомиться с планами создания нового культурного центра и модернизации больницы. Именно тогда здание американской миссии подверглось нападению. Вместе с тремя своими коллегами Крис был убит в городе, который он помог спасти. Ему было 52 года.

Я рассказываю вам эту историю, потому что Крис Стивенс воплощал лучшие черты Америки. Как и его коллеги по Дипломатической службе, он наводил мосты через океаны и между культурами и все силы отдавал международному сотрудничеству, которое олицетворяет Организация Объединенных Наций. Он вел себя скромно, но в то же время отстаивал определенную систему принципов – веру в то, что люди должны быть в состоянии сами определять собственную судьбу и жить в условиях свободы, достоинства, справедливости и широких возможностей.

Нападения на гражданских лиц в Бенгази были нападениями на Америку. Мы благодарны за помощь, которую мы получили от ливийского правительства и от ливийского народа. Не должно быть никаких сомнений в том, что мы приложим все силы, чтобы разыскать убийц и предать их суду. И я также признателен за то, что в последние дни руководители других стран региона, в том числе Египта, Туниса и Йемена, предприняли шаги к обеспечению безопасности наших дипломатических объектов и призвали к спокойствию. Так же поступили и религиозные авторитеты по всему миру.

Но поймите: нападения, совершенные за последние две недели, – это не просто атака на Америку. Это еще и атака на те самые идеалы, на которых зиждется Организация Объединенных Наций – на убеждение в том, что люди могут улаживать свои разногласия мирно, что вместо войны может действовать дипломатия и что в нашем взаимозависимом мире все мы заинтересованы в том, чтобы обеспечивать новые возможности и безопасность для наших граждан.

Если мы всерьез хотим поддерживать эти идеалы, недостаточно будет выставить усиленную охрану перед посольством, или выразить сожаление и ждать, когда схлынет возмущение. Если мы серьезно относимся к этим идеалам, мы должны честно сказать о более глубоких причинах нынешнего кризиса. Ибо нам приходится выбирать между силами, готовыми нас расколоть, и надеждами, которые у нас общие.

Сегодня мы должны еще раз подтвердить, что наше будущее будут определять такие люди, как Крис Стивенс, а не его убийцы. Сегодня мы должны провозгласить, что подобному насилию и нетерпимости нет места среди наших Объединенных Наций.

Не прошло и двух лет с тех пор, как в Тунисе уличный торговец поджег себя в знак протеста против гнетущей коррупции в его стране и положил начало процессу, получившему название “арабской весны”. С тех пор мир завороженно следит за происходящими преобразованиями, и Соединенные Штаты поддерживают силы перемен.

Нас воодушевили тунисские акции протеста, которые свергли диктатора, ибо мы осознали нашу собственную веру в чаяния мужчин и женщин, вышедших на улицы.

Мы настаивали на переменах в Египте, ибо поддержка, которую мы оказываем демократии, в итоге поставила нас на сторону народа.

Мы поддержали смену руководства в Йемене, ибо коррупционный статус-кво больше не служил интересам народа.

Мы вмешались в Ливии вместе с широкой коалицией и по мандату Совета Безопасности ООН, ибо имели возможность остановить массовое уничтожение ни в чем не повинных людей и верили, что чаяния народа сильнее тирана.

И, встретившись здесь, мы вновь заявляем, что режиму Башара Асада надо положить конец, чтобы могли прекратиться страдания сирийского народа и для него могла взойти новая заря.

Мы заняли эти позиции, ибо мы убеждены, что свобода и самоопределение не свойственны только какой-то одной культуре. Это не просто американские ценности, или западные ценности, – это всеобщие ценности. И несмотря на то, что переход к демократии будет сопряжен с огромными трудностями, я убежден, что в конечном счете власть народа, осуществляемая народом и для народа, с большей вероятностью принесет стабильность, процветание и личные возможности, которые служат основой для мира на земле.

Давайте помнить, что наступила эпоха прогресса. Впервые за десятилетия тунисцы, египтяне и ливийцы проголосовали за новых руководителей на выборах, которые были заслуживающими доверия, состязательными и честными. Этот демократический дух не ограничивается “арабской весной”. За последний год мы стали свидетелями мирной передачи власти в Малави и Сенегале, избрания нового президента в Сомали. В Бирме президент освободил политзаключенных и открыл замкнутое общество; отважная женщина-диссидент избрана в парламент, и люди с нетерпением ждут дальнейших реформ. По всему земному шару люди добиваются того, чтобы их голоса были услышаны, настаивая на своем врожденном достоинстве и на праве определять свое будущее.

И все же смута последних недель напоминает нам о том, что путь к демократии не заканчивается голосованием. Нельсон Мандела однажды сказал: “Быть свободным – это значит не просто сбросить с себя цепи, а жить, уважая и укрепляя свободу других”. (Аплодисменты.) Подлинная демократия означает, что граждан нельзя бросать в тюрьму за их убеждения, а чтобы открыть новое предприятие, вовсе не нужно давать взятку. Для демократии необходимо право граждан свободно высказывать свое мнение и проводить собрания без страха, для нее необходимы верховенство закона и соблюдение надлежащей процедуры, гарантирующей права всех людей.

Иными словами, подлинная демократия – это настоящая свобода, это тяжелый труд. Власть имущие не должны поддаваться соблазну подавлять инакомыслие. В трудные для экономики времена в некоторых странах может возникнуть искушение натравить население на воображаемых врагов внутри страны и за границей, вместо того чтобы сосредоточиться на трудоемком пути реформ.

Более того, всегда найдутся те, кто отвергает человеческий прогресс, – диктаторы, цепляющиеся за власть, коррумпированные интересы, стремящиеся сохранить существующее положение вещей, и экстремисты, раздувающие пламя ненависти и раскола. От Северной Ирландии до Южной Азии, от Африки до обоих американских континентов, от Балкан до Тихоокеанского бассейна мы становимся свидетелями потрясений, которые сопровождают переход к новому политическому строю. Временами конфликты возникают из-за расовых или племенных границ; зачастую они объясняются тем, что трудно примирить традиции и верования с многообразием и взаимозависимостью современного мира. В каждой стране есть люди, считающие религиозные верования другого угрозой для себя; в каждой культуре те, кто любит свободу для себя, должны задаться вопросом, насколько они готовы смириться со свободой для других.

Именно это мы наблюдали в последние две недели, когда низкопробный и отвратительный видеофильм вызвал возмущение во всем мусульманском мире. Я уже ясно дал понять, что правительство США не имеет никакого отношения к этому видео, и я уверен, что послание этого фильма должно быть отвергнуто всеми, кому дорога наша общая человечность. Это оскорбление не только для мусульман, но и для Америки – ибо, как наглядно свидетельствует облик города за стенами этого здания, мы являемся страной, которая принимает к себе людей любой расы и любой веры. Мы являемся домом для мусульман, которые совершают религиозные обряды по всей нашей стране. Мы не только соблюдаем свободу вероисповедания – у нас есть законы, которые защищают людей от преследований за то, как они выглядят или во что они верят. Мы понимаем, почему люди обижаются на этот фильм, поскольку среди них миллионы наших граждан.

Знаю, многие спрашивают, почему бы нам просто не запретить такой фильм. Ответ мы находим в наших законах: наша Конституция защищает право на свободу слова. Здесь, в Соединенных Штатах, появляются бесчисленные публикации, которые вызывают обиду. Большинство американцев являются христианами, как и я, и все же мы не ставим под запрет оскорбление наших самых дорогих святынь. Хоть я и президент нашей страны, и верховный главнокомандующий наших Вооруженных сил, я признаю, что люди будут каждый день ругать меня самыми ужасными словами, и я всегда буду защищать их право делать это. (Аплодисменты.) Американцы сражаются и погибают по всему миру, чтобы защитить право всех людей выражать свои взгляды – даже взгляды, с которыми мы принципиально не согласны.

Мы делаем это не потому, что поддерживаем язык ненависти, а потому, что наши основатели понимали, что если не иметь таких средств защиты, может возникнуть угроза для способности каждого человека высказывать собственное мнение и исповедовать собственную веру. Мы делаем это потому, что в разнообразном обществе попытки ограничить свободу слова могут быстро стать инструментом для того, чтобы заставлять молчать критиков и подавлять меньшинства. Мы делаем это потому, что хотя вера в нашей жизни очень сильна, а религиозные различия способны разжигать страсти, самое мощное оружие против языка ненависти – это не репрессии, а еще большая свобода высказываний, свобода для голосов толерантности, которые объединяются против нетерпимости и кощунства и возвышают ценности взаимопонимания и взаимного уважения.

Я знаю, что не все страны, принадлежащие к данной организации, разделяют именно такой взгляд на защиту свободы слова. Мы осознаем это. Однако в 2012 году, когда любой, у кого есть мобильный телефон, простым нажатием кнопки может распространять оскорбительные идеи по всему миру, представление о том, что мы в состоянии контролировать информационный поток, устарело. Стало быть, вопрос в том, как нам реагировать. И тут мы все должны согласиться в том, что нет такой речи, которая оправдывала бы бессмысленное насилие.

Нет таких слов, которые дают основание для убийства ни в чем не повинных людей. Нет такого видео, которое оправдывает нападение на посольство. Нет такой клеветы, которая дает основание для поджога ресторана в Ливане, или для уничтожения школы в Тунисе, или для убийств и разрушений в Пакистане.

В нашем современном мире, при всех наших современных технологиях, если бы мы решили отвечать на язык ненависти таким образом, мы тем самым лишь придавали бы силы тем людям, которые своими словами сеют в мире хаос. Мы бы раздували все самое худшее, что есть в нас, если бы реагировали таким образом.

В более широком смысле события последних двух недель показывают, что всем нам необходимо честно заняться вопросом о напряженности, которая существует между Западом и арабским миром, идущим по пути демократии. Позвольте сказать со всей ясностью: подобно тому, как мы не в состоянии решить все проблемы в мире, Соединенные Штаты никогда не стремились и не будут стремиться диктовать исход процессов демократических преобразований за рубежом. Мы не ждем, что другие государства будут с нами соглашаться по всем вопросам. Но мы не верим, что насилие последних недель или пронизанные ненавистью речи отдельных лиц представляют взгляды подавляющего большинства мусульман – точно так же, как мнения тех, кто снял это видео, не представляют взглядов американцев.

Однако я убежден, что все лидеры во всех странах обязаны решительно выступать против насилия и экстремизма. [Аплодисменты.] Пора маргинализировать тех, кто, пусть даже не прибегая к насилию, использует ненависть к Америке, или к Западу, или к Израилю в качестве главного организующего принципа политики. Ибо это лишь создает прикрытие, а иногда и оправдание, для тех, кто прибегает к насилию.

Эта разновидность политики, которая стремится столкнуть Восток с Западом, Юг с Севером, мусульман с христианами, индуистами и евреями, идет вразрез с обещанием свободы. Молодежи она лишь внушает ложные надежды. Сжигание американского флага не поможет дать образование ребенку. Разгром ресторана не наполнит пустой желудок. Нападение на посольство не создаст ни единого нового рабочего места. Эта разновидность политики лишь затрудняет задачу, которую мы все должны стремиться выполнить сообща: дать образование нашим детям и создать для них возможности, которых они заслуживают, защищать права человека и распространять блага демократии.

Знайте, что Америка никогда не отойдет от мировых дел. Мы будем предавать суду тех, кто причиняет вред нашим гражданам и нашим друзьям. И мы будем солидарны с нашими союзниками. Мы готовы в партнерстве с другими странами углублять связи в области торговли и инвестиций, науки и технологий, энергетики и развития – во всех усилиях, которые могут стимулировать экономический рост для всех наших людей и стабилизировать демократические перемены. Но такие усилия требуют духа взаимной заинтересованности и взаимоуважения. Ни одно правительство и ни одна компания, ни одно учебное заведение и ни одна неправительственная организация не будут спокойно работать в стране, народ которой подвергается опасности. Для того чтобы партнерства были эффективными, наши граждане должны жить в безопасности, а наши усилия должны приниматься.

Политика, основанная только на гневе, основанная на разделении мира между “нами” и “ими”, не только препятствует международному сотрудничеству: она в конечном счете подрывает позиции тех, кто ее допускает. Все мы заинтересованы в противостоянии этим силам. Давайте помнить о том, что мусульмане больше всего пострадали от рук экстремистов. В тот самый день, когда наши гражданские специалисты были убиты в Бенгази, в Стамбуле всего за несколько дней до своей свадьбы был убит турецкий полицейский; более десяти йеменцев погибли в результате взрыва заложенной в автомобиль бомбы в Сане; нескольких афганских детей оплакивали их родители всего через несколько дней после того, как они были убиты террористом-смертником в Кабуле.

Импульс к нетерпимости и насилию первоначально может быть направлен против Запада, но со временем он становится неудержимым. Те же самые импульсы к экстремизму используются для оправдания войны между суннитами и шиитами, между племенами и кланами. Это ведет не к мощи и процветанию, а к хаосу. Менее чем за два года мы убедились, что акции протеста, имевшие в основном мирный характер, принесли больше перемен в странах с мусульманским большинством, чем десятилетие насилия. Экстремисты это понимают. Поскольку им нечего предложить для улучшения жизни людей, насилие – их единственный способ оставаться у дел. Они не строят, они только разрушают.

Пора оставить позади призывы к насилию и политику раскола. По очень многим вопросам мы должны выбирать между перспективами будущего и тюрьмами прошлого. И мы не можем позволить себе неправильный выбор. Мы должны воспользоваться моментом. И Америка готова работать со всеми, кто желает принять лучшее будущее.

Будущее не должно принадлежать тем, кто нападает на коптских христиан в Египте – оно должно быть востребовано теми, кто скандировал на площади Тахрир: “Мусульмане, христиане, мы едины”. Будущее не должно принадлежать тем, кто запугивает женщин – оно должно быть отдано девочкам, которые ходят в школу, и тем, кто выступает за мир, где наши дочери могут претворять в жизнь свою мечту, как наши сыновья. [Аплодисменты.] Будущее не должно принадлежать тем немногим коррупционерам, которые расхищают ресурсы страны – оно должно быть завоевано студентами и предпринимателями, работниками и владельцами предприятий, которые добиваются более широкого процветания для всех людей. С этими мужчинами и женщинами Америка стоит плечом к плечу; именно их видение мы будем поддерживать.

Будущее не должно принадлежать тем, кто возводит хулу на пророка ислама. И тем не менее те, кто осуждает эту хулу, если они хотят, чтобы им верили, должны осуждать также и ту ненависть, которую мы видим, когда оскверняется образ Иисуса Христа, или разрушаются церкви, или отрицается Холокост. Давайте осуждать подстрекательство против суфийских мусульман и паломников-шиитов. Пора прислушаться к словам Ганди: “Нетерпимость сама по себе является формой насилия и препятствием к росту истинного демократического духа”. [Аплодисменты.] Вместе мы должны работать ради мира, в котором наши различия делают нас сильнее, а не определяют нас. Это то, что воплощает в себе Америка, и это видение, которое мы будем поддерживать.

Среди израильтян и палестинцев будущее не должно принадлежать тем, кто отвергает перспективы мира. Давайте оставим позади тех, кто наживается на конфликте, тех, кто отвергает право Израиля на существование. Дорога нелегка, но цель ясна: это чувствующее себя в безопасности еврейское государство Израиль и независимая, процветающая Палестина. [Аплодисменты.] Понимая, что такой мир должен быть достигнут через справедливое соглашение между сторонами, Америка будет идти вместе со всеми, кто готов совершить это путешествие.

В Сирии будущее не должно принадлежать диктатору, совершающему массовые убийства своих граждан. Если есть повод для протестов в современном мире, то это режим, который пытает детей и стреляет ракетами по многоквартирным домам. И мы должны продолжать взаимодействие, чтобы то, что началось, когда граждане потребовали своих прав, не закончилось циклом насилия на религиозной почве.

Вместе мы должны поддерживать тех сирийцев, которые верят в другое будущее – в единую и инклюзивную Сирию, где дети не будут бояться своего правительства и все сирийцы будут участвовать в управлении страной – сунниты и алавиты, курды и христиане. Это то, за что выступает Америка; это результат, во имя которого мы будем работать – с санкциями и последствиями для тех, кто преследует других, и помощью и поддержкой для тех, кто работает во имя этого общего блага. Ибо мы считаем, что сирийцы, которые принимают это видение, будут иметь силу и законное право на то, чтобы вести за собой других.

В Иране мы видим, куда заводит путь насилия и безудержной идеологии. Иранский народ имеет замечательную и древнюю историю, и многие иранцы хотят жить в условиях мира и процветания рядом со своими соседями. Но иранское правительство, наступая на права своего народа, одновременно продолжает поддерживать диктатора в Дамаске и террористические группировки за рубежом. Снова и снова оно упускает возможность доказать, что его ядерная программа носит мирный характер, и выполнить свои обязательства перед Организацией Объединенных Наций.

Позвольте мне четко заявить: Америка хочет решить эту проблему дипломатическим путем, и мы считаем, что для этого еще есть время и место. Но это время не безгранично. Мы уважаем право государств на доступ к мирной ядерной энергии, но одна из целей Организации Объединенных Наций – обеспечить, чтобы эта энергия использовалась в мирных целях. Ни у кого не должно быть сомнений: Иран, обладающий ядерным оружием, – это не такой вызов, который удастся сдержать. Ядерный Иран будет грозить ликвидацией Израилю, будет подрывать безопасность стран Персидского залива и стабильность мировой экономики. Это может привести к гонке ядерных вооружений в регионе и срыву Договора о нераспространении. Вот почему существует коалиция стран, которая стремится привлечь иранское правительство к ответу. И именно поэтому Соединенные Штаты будут делать все необходимое для предотвращения получения Ираном ядерного оружия.

Мы знаем из печального опыта, что путь к безопасности и процветанию не лежит за пределами международного права и уважения прав человека. Вот почему этот институт был создан на руинах конфликта; вот почему свобода одержала победу над тиранией в “холодной войне”; и о том же свидетельствуют два последних десятилетия. История показывает, что мир и прогресс приходят к тем, кто делает правильный выбор.

Самые разные страны в каждой части мира прошли этот сложный путь. Европа – самое кровавое поле битвы 20-го века – является единой, свободной и мирной. От Бразилии до Южной Африки, от Турции до Южной Кореи, от Индии до Индонезии представители разных рас, религий и традиций вывели миллионы людей из нищеты, уважая при этом права своих граждан и выполняя свои обязанности как государства.

И именно благодаря тому прогрессу, который я видел в своей жизни, тому прогрессу, который я видел в течение почти четырех лет на посту президента, я оптимистично настроен в отношении мира, в котором мы живем. Война в Ираке закончилась, и наши войска вернулись домой. Мы начали переходный процесс в Афганистане, и Америка и наши союзники завершат нашу войну в соответствии с намеченным графиком в 2014 году. “Аль-Каида” ослаблена, и Усамы бин Ладена больше нет. Многие государства объединили усилия, чтобы взять под охрану ядерные материалы, а Америка и Россия сокращают свои арсеналы. Мы видим, как делается трудный выбор – от Нейпьидо до Каира и Абиджана, – чтобы передать больше власти в руки граждан.

В пору экономических трудностей мир объединяется, чтобы расширить процветание. Через “Группу двадцати” мы сотрудничаем с развивающимися странами, чтобы удержать мир на пути восстановления. Америка осуществляет программы развития, которые стимулируют рост и позволяют избавиться от зависимости от внешней помощи, и работает с африканскими лидерами, чтобы помочь им накормить свои страны. Создаются новые партнерства по борьбе с коррупцией и содействию открытому и прозрачному государственному управлению. Взяты новые обязательства в рамках Партнерства “За равноправное будущее”, чтобы дать женщинам и девочкам возможность в полной мере участвовать в политической жизни и пользоваться широкими возможностями. А позже сегодня я расскажу о наших усилиях по борьбе с бедствием, каковым является торговля людьми.

Все это дает мне надежду. Но то, что дает мне самую большую надежду, – это не действия лидеров, а люди, с которыми я встречаюсь. Американские военные, которые рисковали жизнью, остались без рук или ног, ради неизвестных им людей по ту сторону земного шара. Студенты в Джакарте и Сеуле, которые стремятся использовать свои знания на благо человечества. Люди на площади в Праге или в парламенте в Гане, которые видят, как демократия дает голоса их чаяниям. Молодые люди в фавелах Рио-де-Жанейро и школах Мумбаи, чьи глаза сияют обещанием. Эти мужчины, женщины, дети каждой расы и каждой веры напоминают мне, что на каждую разъяренную толпу, которую показывают по телевидению, есть миллиарды людей по всему миру, которые разделяют надежды и мечты. Они говорят нам, что у человечества есть общий пульс.

В нашем мире столь много внимания уделяется тому, что нас разделяет. Это то, что мы видим в новостях и чему посвящаются наши политические дебаты. Но если вы посмотрите глубже, вы увидите, что люди во всем мире добиваются права свободно определять свою судьбу, добиваются достоинства, которое приходит, когда есть работа, утешения, которое приходит с верой, и правосудия, которое существует, когда правительство служит своему народу – а не наоборот.

Соединенные Штаты Америки всегда будут поддерживать эти устремления для наших граждан и для людей по всему миру. Это то, ради чего было создано наше государство. Это то, что показывает наша история. Это то, во имя чего Крис Стивенс работал на протяжении всей своей жизни.

И я обещаю вам, что через много лет после того, как эти убийцы будут отданы под суд, наследие Криса Стивенса будет жить в жизнях, к которым он прикоснулся. В десятках тысяч людей, которые прошли маршем против насилия на улицах Бенгази, в ливийцах, которые вместо своей фотографии в сети Facebook поставили фотографию Криса, в плакате с простой надписью “Крис Стивенс был другом всем ливийцам”.

Они должны давать нам надежду. Они должны напоминать нам, что если мы будем над этим работать, правосудие восторжествует, что история на нашей стороне, и что приливную волну свободы никогда не обратить вспять. Спасибо.

Данная статья находится под лицензией Creative Commons

Вы можете свободно пользоваться стятьями Réseau Voltaire в некоммерческих целях, при условии, что источник цитируется и что содержание не меняется. (лицензия CC BY-NC-ND).

Поддержать Сеть Вольтер

Вы пользуетесь настоящим сайтом, где вы можете найти качественные анализы, которые помогают вам создать ваше собственное мироззрение. Для того, чтобы мы могли продолжить эту работу, нам нужа ваша поддержка.
Помогите нам вашим пожертвованием

Как участвовать в Сеть Вольтер ?

Все деятели сети – добровольцы.
- Профессиональные переводчики : Вы можете участвовать в переводе статей.

Политический ислам против Китая
Пентагон готовит в Юго-Восточной Азии новую войну
Политический ислам против Китая
Тьерри Мейсан
Экс-ГДР, кошмар мадам Меркель
Экс-ГДР, кошмар мадам Меркель
Михаи́л Лео́нтьев , Сеть Вольтер
 
Великая американская стратегия
Великая американская стратегия
Михаи́л Лео́нтьев , Сеть Вольтер
 
После Халифата Роджава
За одной войной прячется другая
После Халифата Роджава
Тьерри Мейсан, Сеть Вольтер
 
Анархистские бригады НАТО
Анархистские бригады НАТО
Тьерри Мейсан, Сеть Вольтер