Краткое содержание

Сирия вслед за Ираком. Никто не предполагал, что крепкая диктатура Хафеза Эль- Асада (Hafez El Assad) проявит столь слепую грубость и окажется столь беспомощной. В отличие от своего преемника, основатель сирийского режима умел смешивать необычную грубость с методами несравнимого дипломатического прикрытия.

Но сегодня к списку традиционных врагов Дамаска в лице Израиля и Палестинской автономии, с убийством Рафика Харири, добавился целый ряд новых соперников: Турция, близкая к бывшему премьер-министру Ливана, Саудовская Аравия по тем же причинам, Ирак, где шииты пытаются подавить восстание, которое поддерживают Дамаск и Иордания, борющееся одновременно с иракскими джихадистами и палестинскими экстремистами, которые пользуются влиянием в Дамаске. Сирия могла в свое время воспользоваться победой Ахмадинежада в Иране, но Тегеран хочет покончить с иракскими джихадистами, чтобы в Ираке установилось господство шиитов. Вашингтон, Париж, Эр-Рияд и Москва – все рассчитывали на стабилизацию ситуации в Ливане с согласия Сирии, но сегодня они чувствуют себя обманутыми Дамаском. Поэтому они не будут спасать режим, находящийся на последнем издыхании. Москва несколько месяцев назад вновь начала поставки оружия в Сирию, но Дамаск не является ее приоритетным союзником. России, прежде всего, необходимо вступить в союз с такими странами региона как Египет и Иран, сохраняя хорошие отношения с Израилем и Соединенными Штатами.

Тем не менее, самая опасная угроза нынешнему сирийскому режиму таится в технократической и реформаторской партии, которая постепенно формировалась в Дамаске под покровительством Башара Асада, которое, к сожалению, оказалось мало эффективным. Эта партия в большей степени поддерживала полную нормализацию дипломатических отношений, что привело бы к улучшению отношений с Ливаном, полному прекращению действий иракских джихадистских баз и постепенному выводу сил Хамаса из Палестины. Окружение Башара Асада до сих пор надеется открыть страну и помириться с Соединенными Штатами и Францией при помощи Путина в России и Рафсанджани в Иране. Скоро в Сирии произойдет столкновение между политическими силами страны, и сторонники жесткой линии смогут совершить попытку государственного переворота против реформаторов.

Краткое содержание

Администрация Буша была права, когда сразу отреагировала на отчет ООН, связав Сирию с убийством Рафика Харири. Соединенные Штаты и Франция работают сегодня над составлением двух резолюций, в соответствии с которыми правительство Башара Асада будет вынуждено представить объяснения. У Вашингтона имеется целая куча причин, с помощью которых он может оказывать давление на Дамаск, учитывая его поддержку террористам за границей и восстание суннитов в Ираке. Но отчет Мехлиса потребовал немедленной реакции.

Необходимо заставить Сирию сотрудничать. Необходимо, чтобы за преступления, которые заказываются государствами, начали, наконец, наказывать. После свержения режима Саддама Хусейна ни один режим более не поддерживает терроризм, только лишь режим Асада. Некоторые утверждают, что Асад стал жертвой сторонников жесткой линии, но отчет Мехлиса говорит об обратном. Необходимо сделать с Сирией то же самое, что мы сделали с Ливией в 1988 году.

Краткое содержание

В то время как Совет Безопасности спорит по поводу отчета Мехлиса, необходимо обдумать лучший и худший сценарии развития событий. В лучшем случае Совет Безопасности призовет Сирию к сотрудничеству, и если она согласится, то инспекторы получат разрешение допрашивать подозреваемых. В худшем случае Совет Безопасности может осудить Сирию, после чего Дамаск бросит вызов организации, за что и будет наказан. Ни один из этих сценариев не может устраивать.

Необходимо напомнить, что убийство Харири стало неизбежным следствием установленной в Сирии политики, считающей данное убийство делом повседневной практики. Сирия установила систему, основанную на насилии и репрессиях. До тех пор, пока она будет существовать, преступления и насилие будут продолжаться, будь Сирия виноватой или нет. Парадоксально, но режим Дамаска смог бы выиграть время, если бы пошел по пути « сотрудничества ». За это время руководители Ливана, связанные с Сирией, смогли бы продолжать свою работу в Ливане. Сирия тогда продолжила бы оказывать поддержку организации Хезболла и иракским террористам, а противники всего этого оставались бы в тюрьмах. Если Сирия пошла бы на сотрудничество, понадобились бы годы, чтобы положить всему этому конец. Так же, если будет принято решение о наложении санкций, это не приведет к свержению режима, который ни коим образом не изменит свое поведение.

Лучшим выходом из сложившейся ситуации является замена режима на новый.

Краткое содержание

Связь между Соединенными Штатами и Израилем основана на общих интересах и ценностях. Но и при этих тесных связях иногда наши позиции расходятся. Однако существует одна область, в которой разногласия особенно сильны. Демократизация является основополагающим элементом политики администрации Буша на Ближнем Востоке и представляет собой единственную надежду на мир в этом регионе. Но политические элиты Израиля отвергают это видение ситуации, что усиливает сопротивление госдепартамента политике Джорджа Буша и позволяет ему с большим успехом противостоять реформам Кондолизы Райс.

Тем не менее, политика Джорджа Буша привела к демократизации Ливана и развитию демократических движений в Египте и Кувейте. Сегодня США направили свое внимание на Сирию. Дамаск – главный источник поддержки терроризма в регионе, а доклад Мехлиса доказывает его причастность к убийству Рафика Харири. Этот доклад предоставляет отличную возможность для смены режима в стране. К несчастью, Израиль не способствует осуществлению этой возможности, предпочитая демократии слабую диктатуру. Режим Асада прогнил изнутри: нужно нанести ему последний удар и прекратить поиск сильных людей в арабском мире. Израиль должен присоединиться к США.

Краткое содержание Какой смысл Америке содействовать демократизации Ближнего Востока? Желательно, чтобы мусульмане взяли свою судьбу в собственные руки. Нужно, чтобы они вместе решали вопросы, спорили и ругались… это единственный способ противодействовать джихадизму и заставить его исчезнуть. На Западе сторонники светскости и либерализма обвиняют нас в риске допустить до власти Братьев мусульман и другие исламистские партии. Однако не стоит забывать о том, что Братья мусульмане – фундаменталисты, но не джихадисты. Культурные традиции мусульман, важная роль в их жизни шариата, - все это совсем не значит, что они более чем другие расположены к диктатуре. После Второй мировой войны мусульмане получили крайне болезненный опыт жизни при различных диктаторских режимах, и пережитые репрессии заставили их осознать необходимость выбора другой формы политического правления. Но у либералов и прогрессистов, подобных нам, крайне мало шансов победить бенладенизм в философском плане. Мы не сможем завоевать умы и сердца, для этого у нас недостаточно влияния на большинство населения Ближнего Востока, все более четко самоопределяющегося в религии. В этом регионе у светскости плохая репутация, так как она слишком тесно связана с диктаторскими режимами, поддерживавшимися Западом, и распущенными нравами западного общества. Единственные, кто сможет победить идеологию джихадизма, - исламские фундаменталисты.

Краткое содержание

Детлев Мехлис, возглавляющий Комиссию ООН по расследованию убийства Рафика Харири, заявил в интервью журналу Der Stern, что осознает, насколько его доклад облегчает проведение антисирийской кампании, и понимает чувства, которые, должно быть, испытывал Ганс Бликс. Однако, в отличие от Бликса, заявившего об оказывавшемся на него давлении, Мехлис утверждает, что ему была предоставлена полная свобода действий.

Проанализируем этот доклад, чтобы судить о его непредвзятости.

В параграфе 8 заключения доклада Мехлис заявляет, что ряд совпадающих фактов указывает на причастность ливанских и сирийских политических руководителей к действиям, охарактеризованным как террористические. Это замечание интересно в двух аспектах. Во-первых, американские и британские политики всегда избегали обвинений в сторону ливанцев. Во-вторых, Джон Болтон всегда выступал против того, чтобы действия какого-либо государства воспринимались как «террористические». В параграфе 9 содержится требование о продолжении расследования, тогда как Кондолиза Райс и Джек Стро требуют немедленного применения санкций. Кроме того, в докладе не исключается версия того, что Рафик Харири мог быть убит по мафиозным причинам.

Мехлис поступил замечательно, отказавшись раскрыть имена подозреваемых. Гораздо менее замечательны утечки этой информации в СМИ. В результате, по-прежнему в тайне хранятся имена свидетелей, но имена обвиняемых стали известны. Это так удобно! В докладе утверждается, что сирийцы постоянно знали, где в данный момент находится Харири. Зачем же, в таком случае, совершать теракт с использованием бомбы, оставляющей множество взрывчатых частиц и покрывающей зону, достаточную для уничтожения того, чье местоположение трудноопределимо, вместо того, чтобы использовать для этого снайпера? Этот метод намного тише, оставляет меньше следов и был бы гораздо более выгоден Сирии, осознающей угрозы со стороны США.

Учитывая лживые заявления об Ираке и место, которое занимает Сирия в списке мишеней неоконсерваторов, нам нужно быть крайне недоверчивыми. Тем более, что мы можем задаться вопросом о причинах этого международного расследования. Ведь подобных действий не предпринималось после смерти Арафата, Садата, Насера, Альенде и даже после отравления Ющенко. Почему? Потому что эти расследования не соответствовали западным интересам. Не дадим ввязать себя в эту подозрительную политическую игру.

Краткое содержание

Вызывают серьезные сомнения заявления главного свидетеля, на которых основаны заключения доклада Детлева Мехлиса, возглавляющего специальную комиссию ООН по расследованию убийства Харири. В действительности, Зухейр аль-Садик – отъявленный жулик, не раз осужденный правосудием. Этот 42-летний мужчина утверждает, что был сотрудником сирийских спецслужб, и является ключевым свидетелем причастности Сирии к этому убийству. Однако в прошлом аль-Садик был неоднократно осужден за мошенничество и хищения. Даже сами члены комиссии испытывают серьезные сомнения в отношении достоверности его показаний.

Многие члены комиссии обнаружили, что Садик не раз обманывал их. Так, сначала он утверждал, что покинул Бейрут за месяц до совершения теракта, но в сентябре изменил показания, неожиданно заявив, что был одним из организаторов убийства. Якобы его квартира в пригороде Бейрута была центром подготовки теракта, и туда неоднократно приезжали высшие чины сирийских секретных служб. Похоже, что за свои заявления Садик получил много денег. По словам его братьев, Садик позвонил им из Парижа, сказав: «Я стал миллионером».

Скептическое отношение усиливает и тот факт, что Садика с Мехлисом связал сирийский диссидент Рифаат Ассад, дядя президента Башара Ассада и его заклятый враг. Несколько недель назад сирийскому правительству удалось передать министерствам многих западных стран досье, содержащее обвинительные документы против Садика, с целью доказать, что Мехлис был введен в заблуждение отъявленным лгуном и мастером заранее подготовленных операций.

Краткое содержание

Доклад ООН об убийстве Рафика Харири крайне выгоден Джорджу Бушу Джорджу Бушу, требующему «смены режима» в Дамаске. Но в расследовании содержится множество пробелов и неувязок.

Из доклада следует, что бомба, убившая Харири и еще 22 человека, вероятно, находилась в фургоне Mitsubishi и была приведена в действие террористом-смертником. Между тем, личность водителя по-прежнему не установлена, но команда японских экспертов с точностью идентифицировала транспортное средство. Таким образом, имена последовательных владельцев фургона являются принципиально важными данными в деле установления личностей убийц. Но именно в этой области расследование ООН фактически не продвинулось, в докладе лишь несколько параграфов уделено тому, как фургон оказался в Бейруте.

Для придания большей силы своим неубедительным заключениям, обвиняющим Сирию, расследование ООН во многом основано на показаниях свидетелей, чья надежность крайне сомнительна. Эти свидетели указывают на руководителей сирийских служб безопасности, хотя их показания иногда противоречат друг другу. Например, два так называемых свидетеля высказали противоположные мнения о том, что случилось с Ахмадом Абу Адассом, молодым исламистом-смертником, взявшим на себя ответственность за теракт, видеообращение которого было показано каналом Аль-Джазира. Но Мехлис, стремясь подорвать доверие к этой видеозаписи, использует эти так называемые свидетельские показания, из которых следует, что пленка являлась частью кампании, призванной отвести подозрения от Сирии.

Один из свидетелей, описанный в докладе как «выходец из Сирии, проживающий в Ливане и утверждающий, что работал на разведывательные службы Сирии в Ливане», рассказал, что Абу Адасс «не играл никакой роли в убийстве, а был использован для отвлечения внимания». После этого он был задержан «в Сирии, где его, угрожая оружием, заставили записать это видеообращение, а потом убили». Другой свидетель, Зухир ибн Мохаммед Саид Саддик, заявил, что видел Абу Адасса в сирийском лагере в Забадани, где фургон Митцубиши и наполнили взрывчаткой. По его словам, Адасс собирался совершить убийство, но потом передумал и был убит сирийцами, которые и положили его труп в заминированный фургон.

Одна из проблем этих «свидетельств» состоит в том, что они не вызывают доверия по целому ряду причин, в том числе в связи с тем, что свидетели могли быть подкуплены или каким-либо другим способом вынуждены дать ложные показания с целью добиться результата, необходимого политикам или сверхдержавам. Соединенные Штаты и New York Times уже проходили этот урок в период, предшествовавший войне в Ираке, когда иракские изгнанники устраивали встречи «свидетелей» с представителями правительства и американскими журналистами, во время которых они предоставляли информацию об иракском оружии массового уничтожения. Впоследствии выяснилась полнейшая недостоверность этих заявлений. Уже возникают вопросы и в отношении Саддика - ключевого свидетеля по делу Харири.

Риск того, что следователи примут сомнительные признания, особенно велик, когда они направлены против стран или политических лидеров, уже дискредитированных в глазах мирового сообщества, как это было в случае с Ираком и происходит сейчас с Сирией. Большинство людей уже готовы поверить в худшее, и лишь немногие следователи и журналисты осмеливаются поставить под угрозу свою репутацию и карьеру, потребовав предоставить им надежные доказательства. Гораздо легче присоединиться к основному течению. В деле Харири глава комиссии, немецкий судья Детлев Мехлис, подвергся жесткому международному давлению, которое многие наблюдатели сравнили с давлением, испытанным Гансом Бликсом в начале 2003 года.

Краткое содержание

Достоверность доклада Мехлиса была поставлена под сомнение через несколько часов после того, как несколько его копий были переданы в прессу. Выяснилось, что существует две копии этого доклада. Одна была передана генсеку ООН, а другая, исправленная, предназначалась СМИ.

Из этого следует, что доклад, который определит судьбу региона, был составлен по политическим мотивам. Другими словами, немецкий судья – не более чем подчиненный Кофи АннанаKofi Annan. Мехлис, назначенный ООН расследовать смерть Харири, должен был руководствоваться лишь своими профессиональными соображениями. Однако расследование позволило комиссии заплатить по политическим счетам и назвать обвиняемых безо всякой объективности.

Достоверность доклада и объективность комиссии были поставлены под сомнение, когда она позволила ливанским журналистам ознакомится с результатами расследования еще до их опубликования. Таким образом, она не приняла надлежащих мер безопасности, призванных гарантировать профессиональную тайну.

С самого начала расследование разворачивалось в политическом измерении. Это было похоже на подготовительную стадию по составлению обвинительного заключения, которая должна была перейти во вторую стадию, включающую в себя наложение на Сирию политического и экономического эмбарго. А это, в свою очередь, приведет к свержению режима Ассада.

Существует большая разница между подчиняющимся закону прозрачным международным расследованием и политическим расследованием, цели которого перечислены выше. С этой точки зрения, доклад Мехлиса постоянно вызывал сомнения и обвинения многих сторон, в частности, палестинцев. Дело в том, что расследование основано на показаниях заклятых врагов сирийского режима, что само по себе необъективно.

Возможно, доклад содержит достоверную и подтвержденную информацию, возможно, даже, выявляет серьезные промахи сирийских и ливанских спецслужб, но этого недостаточно для их обвинения. Точно также, вмешательство генсека ООН, вычеркнувшего из списка определенные имена, в частности Машера Ассада, вызывает различные интерпретации. Первая версия состоит в том, что это было сделано для того, чтобы позволить США и странам Запада оказать еще большее давление на Башара Ассада, заставив его мирно уйти со своего поста. Возможно, таким образом Египту предоставлено больше времени, чтобы убедить Ассада принять американские условия. Возможно, наконец, это дает возможность Ларсону, посланнику ООН, представить новые соображение по применению резолюции 1559.

Эта игра опасна, и можно ожидать ужасающих последствий.

Краткое содержание

Затруднительное положение, в котором оказался сирийский режим в результате обвинений Мехлиса, требует взвешенного и точного стратегического подхода, способного помешать возможному введению санкций.

В связи с докладом Мехлиса, Сирия встала перед двойным выбором. Она может занять позицию Саддама Хусейна, то есть отказаться эффективно сотрудничать с ООН и Мехлисом. Это предполагает отказ выдать семерых подозреваемых, чьи имена были упомянуты в докладе. Она также может занять позицию Кадафи, то есть безусловно подчиниться американскому давлению, выдать всех обвиняемых, свернуть химическую и ядерную программы, безоговорочно сотрудничать с американскими службами и политиками и произвести радикальные изменения режима и его направленности.

Проблема состоит в том, что случай Сирии, с ее географическим положением и высшими должностными лицами, обвиненными в докладе, совсем не похож на случай Ливии. Скорее всего, администрация Буша воспользуется докладом, чтобы наложить санкции на режим Ассада. Тем более что он по-прежнему отказывается служить американским интересам в регионе, а американские неоконсерваторы требуют полной покорности арабских лидеров. Сирийский президент останется один на один с американским давлением. Его друзья и друзья его отца покинут его, подчинившись американским приказам, что гарантирует их дальнейшее пребывание у власти.

Доклад Мехлиса позволяет сделать три основных вывода. Первый вывод касается Гази Канаана, чье имя не фигурирует в списке обвиняемых. Это отсутствие ставит под сомнение версию самоубийства и говорит в пользу возможного убийства с целью помешать этому человеку захватить власть и в дальнейшем представлять интересы американской администрации после падения режима Ассада. Второй вывод состоит в том, что ни один арабский лидер не обладает более высоким статусом, чем остальные. Доклад Мехлиса показал, что все телефонные звонки президента Лахуда и других ливанских руководителей записывались где-то в Вашингтоне или Тель-Авиве. Последний вывод касается попыток прямо или косвенно замешать в это дело палестинцев, что послужит в будущем политическим целям в Ливане и Сирии.

Согласие или отказ сотрудничать с Мехлисом по большому счету ничего не изменит. Впрочем, иракский и ливийский опыт показал нам, где начинаются и чем заканчиваются американские требования: унижением и потерей национального и личного достоинства. Кроме того, не следует возлагать чрезмерные надежды на защиту России и Китая от введения санкций ООН по одной простой причине: арабы больше не заслуживают ни доверия, ни уважения.

Краткое содержание

История показывает, что режимы, столкнувшиеся с затруднениями в ведении войны, как правило, расширяют театр военных действий. Погрязнув во Вьетнаме, Никсон перенес войну на Камбоджу. Сегодня те же самые трюки, что привели нас к войне в Ираке, используются против Ирана и Сирии. Усиливаются военные волнения на границе, и 1 октября на собрании в Белом доме были изучены «решения» сирийского вопроса, в том числе и вариант проведения «специальных операций». Правительственные агенты уже готовят пропагандистскую кампанию, которая оправдает нападение.

Похоже, администрация Буша считает, что американский президент обладает властью объявлять войну всякому, кто ему не нравится, не спрашивая при этом мнения Конгресса. Во время совещания, проведенного Кондолизой Райс с сенатской комиссией по иностранным делам, сенатор Чафи заметил: «Резолюция об объявлении войны Ираку четко гласит, что все военные действия будут ограничены иракской территорией. Согласны ли вы с тем, что в случае подобных действий на иранской или сирийской земле вы будете обязаны предварительно получить разрешение Конгресса?». Каков же был ответ Райс? «Я не буду пытаться ограничить президентские полномочия в военное время. И вы поймете, что президент оставляет за собой осуществление этих прав как в отношении войны с терроризмом, так и в отношении войны в Ираке, не исключая ни один из возможных вариантов».

Статьи нашей конституции, ограничивающие президентские полномочия по объявлению войны, были введены специально для того, чтобы оградить нашу страну от той сомнительной войны, которую администрация Буша ведет в Ираке и которую большинство американских граждан сегодня считает ошибкой. Кроме того, устав ООН защищает не только страны, подвергшиеся нападению, но и население тех стран, чьи лидеры хотят перейти в наступление. Ничто не может больше усилить национальную безопасность, чем переоценка этих предохранительных мер против военного авантюризма. Конгресс и американский народ должны четко дать понять президенту, что любые военные действия, предпринятые без однозначного согласия парламентариев и ООН, не являются «решением».

Как говорит сам президент в конце фильма Fahrenheit 911, «если ты обманул меня один раз, – позор тебе; если ты обманул меня во второй раз, - позор мне!». Мы позволили Бушу обмануть себя один раз и втянуть в войну в Ираке. Позор нам, если мы позволим ему обмануть нас во второй раз и втянуть в войну с Сирией, Ираном или в какую-либо другую!