JPEG - 14.2 kb
Гейл Нортон

Гейл Нортон – чистый продукт американской политической деятельности и, в частности, возможности отказаться от своих убеждений, истребив их на корню. По примеру пацифиста Джона Керри, который в 1971 год проголосовал за начало войны в Ираке, Гейл Нортон, отвечающая сегодня за «заповедник» неоконсервативной администрации Джорджа Буша мл. и отстаивающая необходимость «обезопасить страну» всеми возможными способами, на самом деле происходит из совершенно другой политической семьи, нежели той, к которой она принадлежит сегодня. Гейл Нортон родилась в 1954 году в Вичите (Wichita) в штате Канзас в семье республиканца, восприимчивого к крайне либеральным и консервативным речам Барри Голдвотера. За кандидата-республиканца на президентских выборах 1964 года, (который был с разгромом побежден демократом Линдоном Джонсоном), он выскажется следующим образом: «экстремизм в защите свободы – не порок, сдержанность в защите справедливости – не добродетель » [1](«Когда американские правые думали о немыслимом»). Эта политическая мысль, основанная на принципах индивидуальной свободы, будет отмечена Гейл Нортон.

JPEG - 7.5 kb
Эдда Кларка

В начале 1970-х гг. девушка приступает к занятиям по праву в Университете Денвера, где также училась Кондолиза Райсс. Во время Вьетнамской войны она активно участвует во многих мирных демонстрациях, а затем присоединяется к многочисленной семье ультраправых идеологов. Она сближается с либертарианской партией в конце 1970-х и даже возглавляет в Колорадо президентскую предвыборную кампанию кандидата Эдда Кларка в 1979-1980 года, который построил свою программу против Рональда Рейгана на отмене институтов «национальной безопасности»: он в частности призывает к роспуску Департамента энергетики, ФБР и ЦРУ. Нортон пишет для него речи, в которых Кларк выступает за легализацию марихуаны и за конец цензуры в отношении порнографии. Что касается внешней политики, Эд Кларк призывает к возвращению всех солдат американской армии, размещенных по всему миру [2]. Кампанию поддерживает Карл Кох, наследник компании «Koch Industries», отец которого Фред Кох был крупным спонсором движений против профсоюзов и видным членом Национального совета антикоммунистической организации «John Birch Society». Либертарианцы также поддерживаются Cato Institute, тоже финансируемым Карлом Кохом. Такое расточительство приносит свои плоды: Эд Кларк собирает миллион голосов, что является рекордом для беспартийного кандидата.

Нынешняя политическая принадлежность Гейл Нортон в администрации Буша, которая расширила полномочия федеральной полиции до невозможных пределов, усилила анти-либеральные позиции, способствовала возвращению морального порядка и отправила солдат на две войны, в Афганистан и в Ирак, позволяет поставить под сомнение реальность ее либертарианских взглядов. Скорее всего эта идеологическая оболочка служит на благо промышленных магнатов, чтобы продвигать их проекты, не беспокоясь об экологических последствиях и здоровье общества Во всяком случае именно по этому пути пошла Гейл Нортон после завершения предвыборной кампании Эдда Кларка. После окончания университета в 1979 году ее берут на работу в Mountain States Legal Foundation, юридическую ассоциацию, расположенную в Денвере, которая «посвящает себя принципам личной свободы, частной собственности, контроля правительства и системы свободной торговли». Ее основатель Джозеф Курз сколотил свое состояние, руководя третьим в стране пивоваренным заводом. Он вкладывает свои деньги в идеологическую перестройку правых сил, финансируя на сумму до 250 тысяч долларов «Foundation Heritage»(Организация наследия) в 1973 году и «Committee to save a free Congress» (Комитет спасения свободного Конгресса) в 1972 году [3]. В это время ультраконсерваторы проигрывают многочисленные юридические схватки, в то время как, адвокаты, работающие на «ACLU», Национальную ассоциацию для продвижения людей с цветной кожей (NAACP) и Национальную женскую организацию, добиваются ограничения права на дискриминацию при принятии на работу. Американские индейцы добиваются признания их религиозных прав и защиты многих самых священных для них мест. В то же время Конгресс голосует за принятие многих документов, касающихся «несчастных случаев на производстве», таких как загрязнение горизонта грунтовых вод или выброс токсичных отходов в атмосферу. Таким образом, National Environmental Policy Act (NEPA) (Акт по национальной политике в области окружающей среды) 1969 года требует, чтобы государство проводило расследование по «воздействию на окружающую среду» прежде, чем переходить к действиям. Другие документы защищают животных, находящихся под угрозой вымирания, экосистему и воду (документы Safe Drinking Water Act (Акт по сохранению питьевой воды) и Clean Air and Clean Water Act(Акт по чистому воздуху и чистой воде)).

JPEG - 4.7 kb
Джозеф Курз

Ультраправые пытаются отреагировать на это новое движение, объединяющее сторонников защиты интересов потребителей и экологистов. «Foundation Heritage» (Фонд Наследия) оформляет идеологическую оболочку, но необходима четкая структура, которая смогла бы сделать ее аргументы весомыми перед судом. В этих целях Курз основывает в 1977 году «Mountain States Legal Foundation», в которой он становится президентом. Это учреждение, которым с тех пор руководит республиканец Джеймс Ватт, быстро причисляется борцами за экологию к «анти-экогологистской организации правых, созданной для подрыва законодательства по окружающей среде» [4] Она в действительности отличилась своей чрезвычайно либеральной концепцией по защите окружающей среды: юристы «Mountain States Legal Foundation» позволили, например, гидам туристических походов работать на территории национальных памятников, таких как Башня Дьявола в Вайоминге в то время как Служба национальных парков (National Park Service) хотела запретить эту практику из уважения к индейцам, большинство которых считают это место священным. В ходе исследования, результаты которого опубликованы в Yale Law Journal за 1984 год, было обнаружено, что в 24 делах, представленных перед судом организацией «Mountain States», защищаемые позиции благоприятствовали организациям, представленным в совете администрации, клиентам, представленным в ее юридическом совете, или главным спонсорам MSLF. Приход Рональда Рейгана в Белый Дом в 1980 году открыл еще более дальние перспективы для ультраправых экологистов. Директор «Mountain States Legal Foundation» Джеймс Ватт получает пост в Министерстве окружающей среды (Interior Secretary), где он занимается национальными парками. Гейл Нортон, таким образом, получает повышение в организации, в которой она занимается оправданием всеми возможными и доступными способами позиций крупных компаний по окружающей среде. Один из ее аргументов стал знаменитым: опираясь на 5-ю поправку Конституции США, которая предусматривает, что частная собственность не может быть использована для общественного пользования без «справедливой компенсации», она утверждает, что факт препятствования загрязнению в общих интересах окружающей среды крупными промышленными предприятиями должен повлечь за собой выплату финансовой компенсации Федеральным государством этим предприятиям. Она напрямую поясняет: Мы должны понять, что существует личное право загрязнять окружающую среду или шуметь в том или ином месте.

Этот юридический аргумент, однако, был отвергнут еще в 1887 году Верховным Судом Соединенных Штатов: знаменитым решением высшая судебная инстанция постановила, что «правительство может наказать собственника, пользующегося своим имуществом во вред другим индивидам без возмещения вреда.». Консерваторская революция Рональда Рейгана позволила возродить это право, сначала в работах Гейл Нортон, потом в трудах юриста Ричарда Эпштайна. Это бывший профессор права утверждает, таким образом, что законы по окружающей среде, по минимальной зарплате и даже по подоходному налогу могут быть уподоблены потере частной собственности и, таким образом, могут оправдать выплату финансовой компенсации предприятиям, к которым эти законы применены. Умственные способности Гейл Нортон не остались незамеченными. В 1983 году ей предлагают место в «Hoover Institution» (Институте Гувера) при Стэнфордском университете, где она изучает возможности по обходу прав по окружающей среде и, в частности, новую для того времени проблему «разрешения загрязнять». Эту идею мы находим в Clean Air Act (Акте о чистом воздухе), предложенном при администрации Буша ст. В 1984 году она внедряется в команду Министерства окружающей среды после ухода Джеймса Ватта, вынужденного подать в отставку под давлением экологистов. Новый министр Дон Ходел, будущий руководитель «Christian Coalition» (Христианская коалиция), предоставляет Гейл Нортон полную свободу действий в подготовке доклада в пользу начала изучения предположительного месторождения нефти в Арктике. С 1985 по 1988 года бывшая либертарианка работает в Президентском совете по состоянию окружающей среды, что само по себе парадоксально для бывшей противницы вмешательства государства в экологическую область …

В 1987 году, когда заканчивается второй срок президента Рональда Рейгана, Нортон отправляется в Колорадо, где также занимается политической деятельностью. Тезисы, которые она тогда защищает, пользуются настоящей популярностью в промышленном мире, что наглядно показывает зарождение движения «Wise use» (Мудрое использование) по инициативе Рона Арнольда и Алана Готтлиба. Двести пятьдесят участников собрания, близких к промышленникам, предлагают открыть Аляску для нефтяных компаний, природные парки – для угольных предприятий, а таким организациям, как «Mountain States Legal Foundation» позволить преследовать экологистов, причинивших ущерб промышленным предприятиям. Осознавая необходимость оставаться в этом секторе, Гейл Нортон возвращается в «Independence Institute» (Институт независимости) либертарианского движения, а также «Pacific Research Institute for Public Policy» [5] и «Federalist Society», организацию, состоящую из юристов-консерваторов, где она пересекается с Кеннетом Старом, Робертом Боурком и Эдвином Мизе, бывшим Министром юстиции при Рональде Рейгане. Но что в первую очередь интересует Гейл Нортон – это пост генерального прокурора Колорадо, который она получает в 1991 году, становясь первой женщиной на этом посту. Возглавляя судебный аппарат штата, ее политика не имеет никаких «либертарианских» и «экологических» признаков: она поддерживает смертную казнь, увеличивает количество колоний для несовершеннолетних преступников, но сокращает на треть бюджет, предназначенный для решения проблем окружающей среды. Когда какая-нибудь компания, добывающая золото, сливает в местную реку цианид, она отказывается ее преследовать в судебном порядке. В то время как некоторые из ее окружения подают жалобу на различные компании, которые выбрасывают в грунтовые воды тяжелые металлы, она им предлагает урегулировать проблему за незначительное вознаграждение. Так было с делом «Луизиан - Пасифик»: когда Гейл Нортон отказалась привлекать компанию к ответственности, федеральные власти решили вмешаться. Таким образом, они взыскали более 37 миллионов долларов

Несмотря на то, что Гейл Нортон была вновь избрана генеральным прокурором Колорадо в 1995 году, ее заслуги на этом посту ничтожны: ввиду того, что ее предвыборную кампанию профинансировали «монстры» табачной индустрии («Philip Morris», «R.J. Reynolds», «Smokeless Tobacco Council» и «Tobacco & Candy Political Action Campaign»), она отказывается присоединить штат Колорадо к 23 другим штатам, решившим осудить деятельность этих компаний. Она даже заявляет перед Конгрессом о «неконституционности» подобной процедуры, после чего она заслужит прозвище «Мадам Мальборо» в денверской прессе. Она присоединится к борьбе лишь в последний момент, что все-таки позволит ей получить часть собранных компенсаций. Далее она выступает против программ дискриминации, в большей степени дискриминации инвалидов, впустую защищает предложения колорадский избирателей по дискриминации гомосексуалистов и с ностальгией вспоминает о храбрости солдат-конфедератов рабовладельческого Юга времен Гражданской войны в США. Вся деятельность Гейл Нортон на посту генерального прокурора приводит к тому, что она проигрывает даже на предварительных выборах в Сенат в 1996 году, даже несмотря на бесценную помощь политического гения Карла Роува [6]. Тем не менее Гейл Нортон сохраняет свои связи с Вашингтоном, в особенности среди самых реакционных республиканцев. В 1998 году она, таким образом, создает «Council of Republicans for Environmental Advocacy» (Совет республиканцев по защите окружающей среды) в противовес слишком экологической организации «Republicans for Environment Advocacy» (Республиканцы за защиту окружающей среды) Марты Маркс. На первом заседании Конгресса присутствуют многие «загрязнители»окружающей среды, которые готовы финансировать новый расклад бывшей либертарианки, в частности, такие организации, как «Chlorine Chemical Council» (Совет по хлору), «National Coal Council» (Национальный совет по углю), «Chemical Manufacturers Association» (Ассоциация производителей химической продукции) и «National Mining Association» (Угольная национальная ассоциация ). Ультраконсервативный Ньют Грингрич становится регулярным приглашенным на заседаниях Конгресса, которого республиканцы всегда встречают с почестями. [For Norton, a Farty Mission», William Booth, Washington Post, 8 января 2001.]]. В 1999 году Гейл Нортон одновременно начинает заниматься юридической деятельностью в фирме «Brownstein, Hyatt & Farber, P.C.». Ей поручают защиту компании «NL Industries», расположенную в Хьюстоне и прежде называемую «National Lead Co.». Это предприятие обрело известность после того, как выпустило в продажу свинцовую краску, после использования которой, по версии суда, у нескольких сотен детей был выявлен рак. Гейл Нортон не только защищает интересы «National Lead Co., она также является лоббистом этой компании перед судебными инстанциями штата Колорадо[«Norton lobbied for superfund target», Associated Press, 5 января 2001]]. Гейл Нортон также является представителем аравийской компании «Delta Oil» и «BP-Amoco» в ходе безуспешных переговоров с талибами по реконструкции нефтепровода, проходящего через Афганистан [7] Эта работа с самыми крупными промышленными «вредителями» окружающей среды гарантировала ей сердечную благодарность со стороны новой администрации под руководством Буша. В июне 2001 года ее назначают Министром окружающей среды. С тех пор ее главная задача заключается … в том, чтобы не делать ничего, что могло бы помешать деятельности крупных промышленным компаний; и, в особенности, препятствовать ратификации «Киотского протокола». У Гейл Нортон натянутые отношения с ее помощником Стивеном Грилзом, которого президент Буш иногда называет реальным руководителем Министерства. Промышленные компании ему также во многом обязаны [См. «Son of James Watt», Adam Werbach, AlterNet, 17 сентября 2004]]. Промышленники могут рассчитывать на влияние «Federalist Society», к которой принадлежит Гейл Нортон и основателем которой является не кто иной, как бывший представитель автомобильной промышленности в Сенате и нынешний Министр энергетики Спенсер Абрахам [Spencer Abraham, un homme de confiance», Arthur Lepic, Voltaire, 15 апреля 2004.]]. ( Спенсер Абрахам, доверенное лицо).

Двуличность Гейл Нортон – это перенос в политическое измерение методов PR, уже адоптированных в маркетинговых стратегиях многих транснациональных корпораций: сообщать не о продукции, а о ее ценности. В политическом контексте: сообщать не о политических решениях, но о ценностях свободы и об экологии.

[1] Цитата из книги Serge Halimi, «Quand la droite américaine pensait l’impensable», Le Monde Diplomatique, январь 2002.

[2] Bushwomen - Tales of a cynical species, de Laura Flanders, Verso, 2004.

[3] The Coors Connection – How Coors Family Philanthropy Undermines Democratic Pluralism Russ Bellant, Political Research Associates, 1988-1991.

[4] Для просмотра источников финансирования ассоциации, см. сайт Media Transparency.

[5] Pacific Research Institute for Public Policy в Сан-Франциско является эквивалентом нью-йоркскому Manhattan Institute

[6] Bushwomen, цитируемое произведение

[7] Taliban: Islam, Oil and the New Great Game in Central Asia Ahmed Rashid, Tauris & Co, 2000.