JPEG - 36.7 kb

Спасибо, спасибо. (Аплодисменты.) Большое спасибо. Прошу садиться.

Первым делом хочу поблагодарить Хиллари Клинтон, которая за последние шесть месяцев так много путешествовала, что приближается к новому рубежу – миллиону миль по программе частых авиапассажиров. (Смех.) Я каждодневно рассчитываю на Хиллари и уверен, что она войдет в историю нашей страны как одна из самых лучших государственных секретарей.

Государственный департамент – подходящее место для того, чтобы обозначить новую главу в американской дипломатии. На протяжении шести месяцев мы являемся свидетелями необыкновенных перемен, происходящих на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Площадь за площадью, город за городом, страна за страной, люди поднимаются, требуя основных прав человека. Два руководителя ушли со своих постов. За ними могут последовать и другие. И хотя эти страны далеко от наших берегов, мы знаем, что наше собственное будущее связано с этим регионом силами экономики и безопасности, истории и веры.

Сегодня я хочу поговорить об этих переменах – об их движущих силах и о том, как нам на них реагировать так, чтобы это развивало наши ценности и укрепляло нашу безопасность. Мы уже многое сделали для смещения акцентов в нашей внешней политике после десятилетия, ознаменовавшимся двумя дорогостоящими конфликтами. После нескольких лет войны в Ираке мы вывели оттуда 100 000 американских военнослужащих и завершили там свою боевую миссию. В Афганистане мы переломили динамику движения “Талибан”, в июле этого года начнем возвращать наши войска на родину и продолжим передачу афганцам ведущей роли в обеспечении безопасности. А после нескольких лет войны против “Аль-Каиды” и ее филиалов мы нанесли “Аль-Каиде” мощный удар, уничтожив ее лидера Усаму бин Ладена.

Бин Ладен не был никаким мучеником. Он совершал массовые убийства и призывал к ненависти, настаивая на том, что мусульмане должны поднять оружие против Запада и что насилие против мужчин, женщин и детей – это единственный путь к переменам. Он отвергал демократию и права личности для мусульман в пользу воинствующего экстремизма, главное место в его программе занимало не созидание, а разрушение.

Бин Ладен и его смертоносное мировоззрение завоевали определенное количество приверженцев. Но еще до его смерти “Аль-Каида” проигрывала в борьбе за признание, поскольку в подавляющем большинстве люди поняли, что избиение младенцев не есть ответ на их мольбы о лучшей жизни. К тому времени, как мы разыскали бин Ладена, платформа “Аль-Каиды” стала рассматриваться огромным большинством населения региона как тупик, и народы Ближнего Востока и Северной Африки взяли свое будущее в собственные руки.

Эта история самоопределения началась шесть месяцев назад в Тунисе. 17 декабря молодой торговец по имени Мохаммед Буазизи был потрясен, когда полицейский отнял у него тележку. Это был не единичный случай. Подобные унижения ежедневно происходят во многих частях мира, где безжалостная тирания правительств лишает граждан человеческого достоинства. Однако на сей раз случилось нечто иное. После того как местные чиновники отказались рассмотреть его жалобу, этот молодой человек, никогда не проявлявший особой политической активности, пришел в администрацию провинции, облил себя бензином и поджег.

В ходе истории бывают моменты, когда поступки рядовых граждан порождают движения за перемены, потому что оказываются созвучными годами нараставшей жажде свободы. Мы помним, как в Америке бостонские патриоты отказались платить дань королю, или как Роза Паркс сохранила свое достоинство, храбро отказавшись уступить свое место. Так было и в Тунисе, где отчаянный поступок молодого торговца резко подогрел разочарование, накопившееся по всей стране. На улицы вышли сотни демонстрантов, за ними тысячи. И невзирая на дубинки, а иногда и пули, они отказывались уходить домой – день за днем, неделю за неделей, до тех пор, пока диктатор, правивший более двух десятилетий, наконец, не оставил власть.

История этой революции и всех последующих не должна удивлять. Государства Ближнего Востока и Северной Африки давно завоевали независимость, но слишком многие народы ее не обрели. Слишком во многих странах власть сосредоточилась в руках малочисленной горстки. Слишком во многих странах гражданину, подобному этому молодому торговцу, было некуда обратиться: не было беспристрастного суда, который заслушал бы его дело; не было независимых средств массовой информации, которые дали бы ему возможность высказаться; не было авторитетной политической партии, которая представляла бы его взгляды; не было свободных и честных выборов, где он мог бы выбрать себе руководителя.

Это отсутствие самоопределения – возможности строить жизнь по своей воле – характерно и для экономики региона. Да, некоторые страны наделены природными богатствами в виде нефти и газа, и в результате возникли отдельные островки процветания. Но в глобальной экономике, основанной на знаниях, основанной на инновациях, никакая стратегия развития не может опираться исключительно на то, что берется из земли. И люди не могут реализовать свой потенциал, когда невозможно открыть предприятие, не заплатив взятки.

Перед лицом этих вызовов слишком многие руководители в регионе пытались перенаправить обиды своего населения в другую сторону. Источником всех зол объявлялся Запад, через полвека после конца колониализма. Единственным приемлемым каналом для выражения политических мнений стало враждебное отношение к Израилю. Племенными, этническими и религиозными расколами манипулировали для того, чтобы удержать власть или отнять ее у кого-то другого.

Но события последних шести месяцев показывают нам, что репрессивные стратегии и отвлекающие стратегии больше не работают. Спутниковое телевидение и интернет открывают окно в большой мир – мир поразительного прогресса в местах, подобных Индии, Индонезии и Бразилии. Сотовые телефоны и социальные сети позволяют молодежи поддерживать связь и создавать свои организации, как никогда раньше. Так возникло новое поколение. И его голоса говорят нам, что отвергать перемены нельзя.

В Каире мы услышали голос молодой матери, сказавшей: “Я как будто впервые могу дышать свежим воздухом”.

В Сане мы услышали студентов, которые скандировали: “Ночь должна закончиться”.

В Бенгази мы услышали инженера, который сказал: “Теперь наши слова свободны. Это непередаваемое ощущение”.

В Дамаске мы услышали молодого человека, сказавшего: “После первого клича, первого крика ощущаешь достоинство”.

Эти крики человеческого достоинства слышатся по всему региону. И нравственной силой ненасилия жители региона за последние шесть месяцев добились более серьезных перемен, чем террористы за десятилетия.

Конечно, перемены такого масштаба даются нелегко. В наше время, время круглосуточных новостных циклов и непрерывной связи, люди ждут, что преобразования в регионе уложатся в считанные недели. Однако пройдут годы, прежде чем эта история завершится. На этом пути будут хорошие дни, и будут дни плохие. В некоторых местах изменения будут быстрыми, в других – постепенными. И, как мы уже видели, призывы к переменам могут приводить к яростным битвам за власть.

Перед нами встает вопрос о том, какую роль будет играть Америка по мере развития этих событий. Десятилетиями Соединенные Штаты преследовали в регионе ряд основных интересов: противодействие терроризму и прекращение распространения ядерного оружия; обеспечение свободных торговых потоков и охрана безопасности региона; отстаивание безопасности Израиля и стремление к арабо-израильскому миру.

Мы будем продолжать этим заниматься, твердо веря, что интересы Америки не враждебны надеждам людей, а чрезвычайно важны для них. Мы убеждены, что никто не выигрывает от гонки ядерных вооружений в регионе или от зверских нападений “Аль-Каиды”. Мы считаем, что повсюду люди понимают, что от сокращения поставок энергоресурсов пострадает их экономика. Как и во время войны в Персидском заливе, мы не потерпим международной агрессии и будем выполнять наши обязательства перед друзьями и партнерами.

И все же мы должны признать, что стратегия, основанная исключительно на узком преследовании этих интересов, не наполнит пустой желудок и не даст кому-либо возможность высказывать свое мнение. Более того, неспособность откликаться на чаяния рядовых граждан в целом лишь усилит годами нагнетавшиеся подозрения, будто Соединенные Штаты преследуют собственные интересы за их счет. Поскольку это недоверие носит обоюдный характер, – ведь и в американцах жгучей болью отзываются захваты заложников, и воинственная риторика, и теракты, в которых гибнут тысячи наших граждан, – неспособность изменить наш подход грозит раскручиванием спирали раскола между Соединенными Штатами и арабским миром.

Именно поэтому два года назад в Каире я начал расширять наше взаимодействие, основанное на взаимных интересах и взаимоуважении. Я считал тогда, – и сейчас считаю, – что мы заинтересованы не просто в стабильности государств, но и в самоопределении личностей. Поддерживать статус-кво невозможно. Общества, связанные страхом и репрессиями, могут какое-то время поддерживать иллюзию стабильности, но они построены поверх линий распада, и в итоге они по этим линиям распадутся.

Таким образом, перед нами стоит историческая возможность. У нас есть шанс показать, что Америка ценит достоинство уличного торговца в Тунисе выше, чем безраздельную власть диктатора. Не должно быть сомнений в том, что Соединенные Штаты Америки приветствуют перемены, способствующие самоопределению и открытию новых возможностей. Да, этому многообещающему моменту будут сопутствовать опасности. Но после того как десятилетиями данный регион мира принимался таким, каков он есть, у нас есть шанс сделать его таким, каким он должен быть.

Разумеется, при этом мы должны соблюдать скромность. Это не Америка вывела людей на улицы Туниса или Каира – это сами люди организовали эти движения, и они сами должны определять их исход. Не каждая страна воспримет именно нашу форму представительной демократии, и временами наши краткосрочные интересы не будут идеально совпадать с нашим долгосрочным видением региона. Но мы можем – и будем – выступать за систему базовых принципов – принципов, которыми мы руководствовались, реагируя на события последних шести месяцев:

Соединенные Штаты отвергают применение насилия и репрессий против жителей региона. (Аплодисменты.)

Соединенные Штаты поддерживают комплекс всеобщих прав. К ним относятся свобода слова, свобода мирных собраний, свобода вероисповедания, равенство мужчин и женщин перед законом, право выбирать своих руководителей – живешь ли ты в Багдаде или Дамаске, в Сане или Тегеране.

И мы поддерживаем политические и экономические реформы на Ближнем Востоке и в Северной Африке, которые смогут удовлетворить законные чаяния рядовых граждан по всему региону.

Наша поддержка этих принципов не является второстепенным интересом: сегодня я хочу недвусмысленно заявить, что это главный приоритет, который должен воплощаться в конкретные дела и поддерживаться всеми доступными нам дипломатическими, экономическими и стратегическими инструментами.

Позвольте конкретизировать. Во-первых, политика Соединенных Штатов будет заключаться в том, чтобы содействовать реформам по всему региону и поддерживать переход к демократии.

Эта работа начинается в Египте и Тунисе, где ставки высоки, поскольку Тунис был в авангарде демократической волны, а Египет является и нашим давним партнером, и самой большой страной в арабском мире. Обе страны могут подать убедительный пример свободными и честными выборами, сильным гражданским обществом, подотчетными и эффективными демократическими институтами и ответственным лидерством в регионе. Но наша поддержка должна также распространяться на страны, где преобразования еще только предстоят.

К сожалению, слишком во многих странах на призывы к переменам до сих пор отвечают насилием. Самым крайним примером является Ливия, где Муаммар Каддафи развязал войну против собственного народа, пообещав охотиться на людей, как на крыс. Как я сказал, когда Соединенные Штаты вступали в международную коалицию по вмешательству, мы не можем предотвратить каждую несправедливость, совершаемую режимом против своего народа, и на своем опыте в Ираке мы узнали, как это дорого и трудно – пытаться навязать смену режима силой, какими бы благими ни были намерения.

Но в Ливии мы видели перспективу надвигающейся резни, имели мандат на действия и слышали просьбу ливийского народа о помощи. Если бы мы вместе с нашими союзниками по НАТО и региональными партнерами по коалиции не приняли мер, были бы убиты тысячи людей. Был бы подан очевидный сигнал: удерживайте власть, убивая столько людей, сколько потребуется. Теперь время работает против Каддафи. Он не контролирует свою страну. Оппозиция организовала легитимный и авторитетный Временный совет. И когда Каддафи неизбежно уйдет от власти или будет от нее отстранен, десятилетия провокаций закончатся, и переход к демократической Ливии сможет продолжиться.

Хотя Ливия столкнулась с насилием наибольшего масштаба, она не является единственным местом, где руководители прибегают к репрессиям, чтобы остаться у власти. В последнее время сирийский режим выбрал путь убийств и массовых арестов своих граждан. Соединенные Штаты осудили эти действия, и совместно с международным сообществом мы усилили наши санкции в отношении сирийского режима – в том числе объявленные вчера санкции в отношении президента Асада и его окружения.

Сирийский народ проявил мужество, потребовав перехода к демократии. Теперь у президента Асада есть выбор: он может возглавить этот переход или уйти с дороги. Сирийское правительство должно прекратить стрелять в демонстрантов и разрешить мирные акции протеста; оно должно освободить политических заключенных и прекратить неправомерные аресты; оно должно предоставить правозащитникам доступ в такие города, как Дара; оно должно начать серьезный диалог для продвижения демократических преобразований. Иначе президент Асад и его режим продолжат сталкиваться с вызовами внутри страны и останутся в изоляции за рубежом.

Пока что Сирия следует за своим иранским союзником, добиваясь от Тегерана помощи в тактике репрессий. Это говорит о лицемерии иранского режима, который заявляет, что отстаивает права демонстрантов за рубежом, но при этом угнетает собственный народ у себя в стране. Давайте вспомним, что первые мирные акции протеста произошли на улицах Тегерана, где правительство жестоко обращалось с женщинами и мужчинами и бросало ни в чем не повинных людей в тюрьму. Мы до сих пор слышим эхо скандирования с крыш Тегерана. Нашу память еще тревожит образ молодой женщины, умирающей на улице. И мы будем и впредь настаивать на том, что иранский народ заслуживает своих всеобщих прав и власти, которая не подавляет его устремлений.

Наше противостояние нетерпимости Ирана – равно как и его нелегальной ядерной программе, и его поддержке террора – хорошо известно. Но для того чтобы Америка заслуживала доверия, мы должны признать, что порой не все наши друзья в регионе реагируют на требования перемен в соответствии с теми принципами, которые я изложил сегодня. Так обстоит дело в Йемене, где президенту Салеху необходимо выполнить свое обязательство передать власть. Так обстоит дело сегодня и в Бахрейне.

Бахрейн – наш давний партнер, и мы привержены его безопасности. Мы сознаем, что Иран пытается воспользоваться происходящей там смутой и что правительство Бахрейна по праву заинтересовано в обеспечении законности. Тем не менее мы и публично, и в частном порядке настаиваем на том, что массовые аресты и грубая сила противоречат всеобщим правам граждан Бахрейна, и что подобные шаги не заглушат законные призывы к реформам. Единственный путь вперед заключается в том, чтобы правительство и оппозиция вступили в диалог, но подлинный диалог невозможен, пока некоторые представители мирной оппозиции находятся в тюрьме. (Аплодисменты.) Правительство должно создать условия для диалога, а оппозиция должна участвовать в обеспечении справедливого будущего для всех бахрейнцев.

Кроме того, одним из основных уроков, которые следует извлечь из этого периода, является то, что религиозные различия не должны приводить к конфликтам. В Ираке мы видим обещание многоэтнической, многоконфессиональной демократии. Иракский народ отверг угрозу политического насилия, избрав демократический процесс и одновременно приняв на себя полную ответственность за обеспечение собственной безопасности. Конечно, как и все новые демократии, он столкнется с трудностями. Но Ирак сможет играть ключевую роль в регионе, если он будет продолжать свой мирный прогресс. А мы будем с гордостью стоять рядом с Ираком как его надежный партнер.

Таким образом, в ближайшие месяцы Америка должна использовать все свое влияние для содействия проведению реформ в регионе. Признавая, что каждая страна уникальна, мы должны честно говорить о принципах, в которые мы верим, как с друзьями, так и с врагами. Наша идея проста: если вы пойдете на риск, который влечет за собой проведение реформ, вы получите полную поддержку со стороны Соединенных Штатов. Мы должны также активизировать усилия по расширению нашего взаимодействия за пределы элиты, чтобы поддерживать контакт с людьми, которые будут определять будущее, – особенно молодыми людьми.

Мы будем продолжать выполнять обязательства, взятые мной в Каире, – по созданию сетей предпринимателей и расширению обменов в области образования, по укреплению сотрудничества в сфере науки и технологий и борьбе с болезнями. По всему региону мы намерены оказывать помощь гражданскому обществу, включая тех его представителей, которые могут не иметь официальных полномочий, и тех, кто говорит неудобную правду. Мы будем использовать современные технологии, чтобы связаться с народом – и прислушиваться к голосу народа.

Подлинных реформ невозможно добиться лишь на избирательных участках. Посредством наших усилий мы должны поддерживать основные права на выражение своего мнения и доступ к информации. Мы будем поддерживать открытый доступ к интернету и права журналистов быть услышанными – будь то крупная новостная организация или блогер-одиночка. В 21-м веке информация – это сила, правду невозможно утаить, и легитимность правительств, в конечном счете, будут определять активные и информированные граждане.

Подобный открытый дискурс важен даже тогда, когда то, что говорится, не совпадает с нашим мировоззрением. Позвольте мне четко заявить: Америка уважает право всех мирных и законопослушных голосов быть услышанными, даже если мы с ними не согласны. А иногда мы категорически не согласны. Мы рассчитываем на сотрудничество со всеми, кто является сторонником подлинной и всеобъемлющей демократии. Мы будем выступать против попыток какой-либо группы ограничить права других и удерживать власть насильственным путем – а не на основе добровольного согласия. Потому что демократия зависит не только от выборов, но и от сильных и подотчетных институтов власти и уважения прав меньшинств.

Такая терпимость особенно важна, когда речь идет о религии. На площади Тахрир мы услышали, как египтяне самого разного происхождения скандировали: “Мусульмане, христиане, мы едины”. Америка будет прилагать усилия для того, чтобы обеспечить победу подобного подхода – чтобы все религии пользовались уважением и чтобы между ними строились мосты. В регионе, который является родиной трех мировых религий, нетерпимость может привести лишь к страданиям и стагнации. И для того, чтобы этот сезон перемен увенчался успехом, коптские христиане должны иметь право свободно исповедовать свою веру в Каире, так же как и шиитские мечети никогда не должны разрушаться в Бахрейне.

То, что относится к религиозным меньшинствам, также можно сказать о правах женщин. История показывает, что страны добиваются большего процветания и более прочного мира, когда женщины обладают правами и возможностями. Именно поэтому мы будем продолжать настаивать на том, чтобы всеобщие права распространялись не только на мужчин, но и на женщин – выделяя помощь для охраны здоровья матери и ребенка, помогая женщинам становиться учителями или открывать собственное дело, поддерживая право женщин быть услышанными и баллотироваться на выборные должности. Регион никогда не раскроет свой потенциал в полной мере, если такой возможности нет более чем у половины всего населения.

Хотя мы поддерживаем политические реформы и содействуем развитию прав человека в регионе, наши усилия не могут на этом останавливаться. Таким образом, наши усилия по поддержке экономического развития стран, которые совершают переход к демократии, являются вторым направлением, по которому мы должны поддерживать позитивные изменения в регионе.

В конце концов, демонстранты вышли на улицы не только из-за политики. Для огромного числа людей переломным моментом оказывается насущная необходимость кормить и обеспечивать семью. Слишком много людей в регионе просыпается, не испытывая особых надежд, просто стремясь прожить очередной день и, возможно, надеясь, что им улыбнется удача. У многих молодых людей по всему региону хорошее образование, но закрытая экономика лишает их шансов найти работу. Предприниматели полны идей, но коррупция не позволяет им получать от них прибыль.

Таланты народов региона представляют собой величайший неиспользованный ресурс на Ближнем Востоке и в Северной Африке. В ходе недавних акций протеста мы стали свидетелями их проявления, когда, используя современные технологии, люди перевернули весь мир. Неслучайно среди лидеров на площади Тахрир был один из руководителей компании Google. Эту энергию теперь необходимо в каждой из стран направить в нужное русло, с тем чтобы экономический рост смог укрепить достигнутое на улицах. Ибо так же, как демократические революции могут быть вызваны отсутствием возможностей у людей, успех демократических преобразований зависит от расширения роста и процветания на широкой основе.

Таким образом, исходя из того, что мы узнали во всем мире, мы считаем, что важно сосредоточить внимание на торговле, а не только на помощи, на инвестициях, а не только на поддержке. Целью должна быть модель, в которой на смену протекционизму приходит открытость; бразды правления торговлей переходят от немногих ко многим, и экономика создает рабочие места для молодежи. Поэтому поддержка демократии Америкой будет основана на обеспечении финансовой стабильности, содействии реформам и интеграции конкурентных рынков друг с другом и с мировой экономикой – и начать мы планируем с Туниса и Египта.

Во-первых, мы попросили Всемирный банк и Международный валютный фонд представить на саммите “Группы восьми”, который пройдет на будущей неделе, план мер, необходимых для стабилизации и модернизации экономики Туниса и Египта. Вместе мы должны помочь им оправиться от сбоев, вызванных их демократическим переворотом, и поддержать правительства, которые будут избраны в этом году. И мы призываем другие страны помочь Египту и Тунису удовлетворить свои ближайшие финансовые потребности.

Во-вторых, мы не хотим, чтобы демократический Египет был обременен долгами своего прошлого. Поэтому мы освободим демократический Египет от необходимости выплаты задолженностей на сумму до одного миллиарда долларов и будем работать с нашими египетскими партнерами, инвестируя эти ресурсы для поощрения роста и развития предпринимательства. Мы поможем Египту вновь получить доступ к рынкам, гарантируя займы на сумму один миллиард долларов, которые необходимы для финансирования инфраструктуры и создания рабочих мест. И мы поможем вновь созданным демократическим правительствам вернуть активы, которые были украдены.

В-третьих, мы работаем с Конгрессом над созданием Фондов предпринимательства для инвестирования в Тунисе и Египте. Они будут устроены по образцу фондов, которые поддержали переход в Восточной Европе после падения Берлинской стены. OPIC вскоре запустит программу кредитования на сумму 2 млрд. долларов для поддержки частных инвестиций в регионе. Вместе с союзниками мы должны будем переориентировать Европейский банк реконструкции и развития, с тем чтобы он обеспечивал такую же поддержку демократических преобразований и модернизации экономики на Ближнем Востоке и в Северной Африке, как он это делает в Европе.

В-четвертых, Соединенные Штаты начнут реализацию всеобъемлющей Инициативы партнерства по торговле и инвестициям на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Если не считать экспорт нефти, весь регион с населением более 400 миллионов человек экспортирует примерно столько же, сколько одна Швейцария. Поэтому мы будем работать с ЕС, содействуя расширению торговли в регионе и исходя из существующих соглашений по интеграции с рынками США и Европы, а также открывая двери для тех стран, которые принимают высокие стандарты реформ и либерализации торговли для создания регионального механизма развития торговли. Так же, как членство в ЕС послужило стимулом для реформ в Европе, так и видение современной и процветающей экономики должно создать мощную силу в поддержку реформ на Ближнем Востоке и в Северной Африке.

Процветание также требует разрушения стен, которые стоят на пути прогресса: коррупции элит, обирающих свои народы, волокиты, которая мешает идее превратиться в бизнес, кумовство, из-за которого материальные блага распределяются по принципу племенной или конфессиональной принадлежности. Мы поможем правительствам выполнить международные обязательства и будем инвестировать в усилия по борьбе с коррупцией, работая с парламентариями, которые разрабатывают реформы, и активистами, которые используют технологии для повышения прозрачности и обеспечения подотчетности правительства. Политика и права человека... Экономические реформы...

Позвольте мне в заключение затронуть еще один краеугольный камень нашего подхода к региону. Он связан со стремлением к миру.

На протяжении десятилетий на весь регион бросает тень конфликт между израильтянами и арабами. Для израильтян это означает жизнь в страхе за то, что их дети могут быть взорваны в автобусе или убиты ракетами, которыми обстреливают их дома, а также боль от сознания того, что других детей в регионе учат их ненавидеть. Для палестинцев это означает страдание от унизительной оккупации и отсутствие возможности жить в собственном государстве. Кроме того, этот конфликт обходится еще дороже Ближнему Востоку, так как он препятствует созданию партнерств, которые могут способствовать укреплению безопасности, процветанию и расширению прав и возможностей для рядовых людей.

Уже более двух лет моя администрация сотрудничает с обеими сторонами и международным сообществом в стремлении положить конец этому конфликту, опираясь на десятилетия работы предыдущих администраций, но ожидания до сих пор не оправдались. Продолжается деятельность Израиля по строительству поселений. Палестинцы покинули переговоры. Мир взирает на конфликт, который тянется до бесконечности, и не видит ничего, кроме тупика. Более того, кое-кто утверждает, что со всеми изменениями и неопределенностью в регионе поступательное развитие по этому вопросу просто невозможно.

Я с этим не согласен. В то время, когда люди на Ближнем Востоке и в Северной Африке сбрасывают с плеч груз прошлого, стремление к прочному миру, который приведет к окончанию конфликта и урегулированию всех претензий, является более насущным, чем когда-либо. Это, безусловно, верно в отношении обеих сторон конфликта.

Что касается палестинцев, их усилия по делегитимации Израиля закончатся неудачей. Символические шаги по изоляции Израиля, которые планируют предпринять в Организации Объединенных Наций в сентябре, не приведут к созданию независимого государства. Палестинские лидеры не достигнут мира и процветания, если ХАМАС будет и дальше идти по пути террора и отвергания. И палестинцы никогда не добьются независимости, отрицая право Израиля на существование.

Что касается Израиля, у нашей дружбы глубокие общие исторические корни и общие ценности. Наша приверженность безопасности Израиля непоколебима. И мы будем выступать против попыток изолировать Израиль, подвергая его нападкам на международных форумах. Но именно из-за нашей дружбы важно, чтобы мы говорили правду: статус-кво является неприемлемым, и Израиль тоже должен предпринять смелые действия ради достижения прочного мира.

Дело в том, что все больше палестинцев живет к западу от реки Иордан. Из-за развития техники Израилю будет все труднее обороняться. Глубокие перемены, происходящие в регионе, приведут к популизму, при котором миллионы людей – не только один или два лидера – должны верить, что мир возможен. Международное сообщество устало от бесконечного процесса, не дающего результатов. Мечта о еврейском демократическом государстве не может быть достигнута при постоянной оккупации.

В конечном счете израильтянам и палестинцам самим предстоит принимать решения. Никто не может навязать им мир. Ни Соединенные Штаты, ни кто-либо другой. Бесконечные задержки не приведут к исчезновению проблем. Однако Америка и международное сообщество могут откровенно заявить о том, что известно всем: для прочного мира нужны два государства для двух народов. Израиль как еврейское государство и родина для еврейского народа и государство Палестина как родина для палестинского народа; каждое из государств будет пользоваться правом на самоопределение, взаимным признанием и жить в мире.

Таким образом, хотя основополагающие вопросы конфликта подлежат обсуждению на переговорах, основа этих переговоров ясна: жизнеспособная Палестина и чувствующий себя в безопасности Израиль. Соединенные Штаты считают, что результатом переговоров должны стать два государства, причем у Палестины должны быть постоянные границы с Израилем, Иорданией и Египтом, а у Израиля должны быть постоянные границы с Палестиной. Мы считаем, что границы Израиля и Палестины должны основываться на границах 1967 года, при взаимосогласованных территориальных обменах, с тем чтобы у обоих государств имелись безопасные и признанные границы. Палестинский народ должен иметь право на самоуправление и полную реализацию своего потенциала в суверенном государстве с цельной территорией.

Что касается безопасности, каждое государство имеет право на самооборону, и Израиль должен быть в состоянии защитить себя – самостоятельно – от любой угрозы. Также необходимо создать достаточно жесткие условия, чтобы не допустить возрождения терроризма, остановить провоз оружия через границы и обеспечить безопасность границ. Полный и поэтапный вывод израильских войск должен быть скоординирован с принятием палестинцами ответственности за безопасность в суверенном, невоенизированном государстве. Необходимо согласовать длительность переходного периода и доказать эффективность механизмов обеспечения безопасности.

Данные принципы обеспечивают основу для переговоров. Палестинцы должны знать территориальные контуры своего государства, израильтяне должны знать, что их основные проблемы безопасности будут учтены. Я знаю, что эти два шага сами по себе не приведут к разрешению конфликта. Остаются два тяжелых и эмоциональных вопроса: о будущем Иерусалима и о судьбе палестинских беженцев. Но если начать сейчас движение вперед на основе договоренности по территории и безопасности, это обеспечит основу для справедливого и честного решения этих двух вопросов, при уважении прав и чаяний как израильтян, так и палестинцев.

Позвольте мне отметить следующее. Признание того, что необходимо начать с обсуждения территориальных вопросов и безопасности, не означает, что сторонам будет легко вернуться за стол переговоров. В частности, недавнее объявление о соглашении между ФАТХ и ХАМАС поднимает серьезные и законные вопросы для Израиля: как можно вести переговоры со стороной, которая показала, что отказывается признавать ваше право на существование? В грядущие недели и месяцы палестинские лидеры должны будут дать вразумительный ответ на этот вопрос. Между тем Соединенные Штаты, наши партнеры по “квартету” и арабские страны должны и дальше прилагать все усилия для выхода из нынешнего тупика.

Я понимаю, насколько это тяжело. Подозрительность и враждебность уже давно передаются из поколения в поколения, и порой они обостряются. Но я убежден, что большинство израильтян и палестинцев предпочитают смотреть в будущее, а не оставаться заложниками прошлого. Мы видим этот дух в израильтянине-отце, чей сын погиб от рук боевиков ХАМАС, – он помог создать организацию, объединившую израильтян и палестинцев, потерявших своих близких. Этот отец сказал: “Я постепенно понял, что единственная надежда на прогресс – взглянуть конфликту в лицо”. И мы видим тот же самый дух в действиях палестинца, который потерял трех дочерей в результате израильского артобстрела в секторе Газа. “Я имею право быть озлобленным, – сказал он. – Многие ожидали от меня ненависти. Мой ответ им таков: я не буду ненавидеть... Будем надеяться на завтра”, – добавил он.

Таков выбор, который должен быть сделан не только в израильско-палестинском конфликте, но в масштабах всего региона: выбор между ненавистью и надеждой, между оковами прошлого и обещанием будущего. Этот выбор предстоит сделать лидерам и народам, этот выбор определит будущее региона, служившего колыбелью цивилизации и горнилом борьбы.

У нас есть много оснований для оптимизма в отношении всех задач, которые предстоит решить. В Египте они связаны с усилиями молодых людей, которые организовывали акции протеста. В Сирии они связаны с мужеством тех, кто храбро стоял под пулями, скандируя: “Мир!”, “Мир!”. В Бенгази, городе, который был под угрозой уничтожения, они связаны с событиями на площади перед зданием суда, где люди собираются, чтобы отпраздновать свободы, которых они никогда не знали. Сегодня по всему региону тех прав, которые воспринимаются нами как должное, с энтузиазмом добиваются те, кто пытается разжать железный кулак.

Сцены потрясений в регионе могут вызывать у американского народа тревогу, но ему знакомы их движущие силы. Наше собственное государство было основано в результате восстания против империи. Наш народ сражался в изнурительной Гражданской войне, которая принесла свободу и достоинство тем, кто был обращен в рабство. И я не стоял бы здесь сегодня, если бы прошлые поколения не обратились к моральной силе отказа от насилия как способу совершенствования нашего союза – организуя мирные протесты и марши и вместе участвуя в них, чтобы сбылись слова, которыми наша страна заявила о своей независимости: “Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди созданы равными”.

Этими словами мы должны руководствоваться в нашей реакции на перемены, преобразующие Ближний Восток и Северную Африку, словами, которые говорят нам, что репрессии потерпят крах, и что тираны падут, и что каждый мужчина и каждая женщина наделены определенными неотъемлемыми правами. Это будет нелегко. Не существует прямого пути к прогрессу, и сезон надежды всегда сопровождается трудностями. Но Соединенные Штаты Америки были основаны на убеждении, что люди должны управлять собой. И теперь мы не можем колебаться, решая, встать ли нам твердо на сторону тех, кто борется за свои права, зная, что их успех сделает мир более мирным, более стабильным и более справедливым.

Всем большое спасибо. (Аплодисменты.)