Тьерри Мейсан в 2012 году, после того как его дом в течение трех дней подвергался нападению джихадистов, поддерживаемых президентом Франсуа Олландом.

Запад всеми доступными средствами пытается заставить замолчать своих граждан, которые раскрыли его истинную политику после 11 сентября 2001 года и выступили против нее.

В 2002 году я опубликовал книгу по политологии L’Effroyable imposture (Чудовищный обман), в которой опровергалась официальная версия терактов в Нью-Йорке, Вашингтоне и Пенсильвании и предвосхищалась новая политика США: повсеместная слежка за гражданами и господство на Ближнем Востоке. После статьи в New York Times, в которой выражалось удивление моим влиянием во Франции, Министерство обороны США поручило израильскому Моссаду устранить меня. Президент Жак Ширак, который поручил собственным спецслужбам провести проверку моих утверждений, затем выступил в мою защиту. В телефонном разговоре с премьер-министром Ариэлем Шароном он сообщил ему, что любые действия против меня не только во Франции, но и во всем Европейском союзе будут истолкованы как враждебный акт в отношении Франции. Он также поручил одному из своих сотрудников присматривать за мной и информировать неевропейские государства, которые пригласят меня, об их обязанности обеспечить мою безопасность. Действительно, во всех странах, куда я был приглашен, меня сопровождал вооруженный эскорт.

Однако в 2007 году президента Ширака сменил Николя Саркози. По словам высокопоставленного чиновника, которого Жак Ширак назначил ответственным за мою безопасность, новый президент по просьбе Вашингтона согласился отдать приказ Главному управлению внешней безопасности (DGSE) устранить меня. Узнав об этом, я без промедления собрал чемодан и выехал из страны. Через два дня я прибыл в Дамаск, где мне была предоставлена государственная защита.

Мишель Аллиот-Мари, бывшая министр юстиции, пыталась использовать Ливан для того, чтобы без суда и следствия заключить в тюрьму одного из своих политических оппонентов.

Через несколько месяцев я решил переехать в Ливан, где мне предложили возможность вести еженедельную программу на французском языке на телеканале Хезболлы "Аль-Манар". Этот проект так и не увидел свет, поскольку "Аль-Манар" отказался от вещания на французском языке, хотя он является официальным языком Ливана. Именно тогда министр юстиции Франции Мишель Аллиот-Мари возбудила против меня уголовное дело под предлогом того, что журналист, который уже написал против меня книгу, обвинил меня в клевете. Подобных обращений к Ливану не было более 30 лет. Полиция выписала мне повестку. Я понимал, что это дело не имеет под собой никакой основы во французском законодательстве. Тем не менее, Хезболла защитила меня, и я на некоторое аремя спрятался. Несколько месяцев спустя, когда премьер-министр Фуад Синиора попытался разоружить Сопротивление, баланс сил у Хезболлы изменился. Я предстал перед судьей под аплодисменты полицейских, которые искали меня три дня назад. Судья сказал мне, что на своем письме Мишель Аллиот-Мари от руки добавила, что просит своего ливанского коллегу арестовать меня и держать в тюрьме как можно дольше, пока дело будет рассматриваться во Франции. В этом заключался принцип "письма с печатью", существовавший в старорежимные времена, когда по указу можно было заключать в тюрьму политических противников без суда и следствия. Магистрат зачитал судебное обращение и предложил мне самому ответить на него в письменном виде. Я указал, что, согласно французскому и ливанскому законодательству, оскорбительная статья уже давно устарела и что, кроме того, она не кажется мне порочащей. Копия обращения Мишель Аллиот-Мари и мой ответ хранятся в Кассационном суде в Бейруте.

Несколько месяцев спустя меня пригласили на ужин в дом одного высокопоставленного ливанского деятеля. Там же находился и сотрудник президента Саркози, посетивший Ливан проездом. У нас был жесткий спор о наших представлениях о светской жизни. Этот джентльмен заверил гостей, что не откажется от дебатов, но оставил их, чтобы успеть самолётом прибыть в установленное время в Елисейский дворец. На следующий день меня вызвал судья для рассмотрения административного дела. Однако, когда моя машина была в двух минутах езды от назначенного места, мне позвонили из офиса принца Талала Арслана и сообщили, что, по данным Хезболлы, это была ловушка. Мне пришлось немедленно повернуть назад. Оказалось, что государственные служащие, за некоторым исключением, не работаали в этот день, так как это был день рождения Мухаммеда. На самом деле меня ждала группа DGSE. Меня хотели схватить и передать ЦРУ. Операция была организована советником президента, с которым накануне я присутствовал на ужине.

После этого на меня было совершено много покушений, но мне было трудно определить, кто за ними стоял.

Например, во время моего выступления на конференции в Министерстве культуры Венесуэлы охранник президента Чавеса неожиданно поднялся на сцену и приблизившись силой вытолкнул меня в сторону лож. Я едва смог разглядеть в зале нескольких мужчин с оружием. Они угрожали друг другу. Один выстрел - и была бы бойня. Или еще один случай в Каракасе. Тогда я был приглашен вместе с моим товарищем по оружию на званый ужин. Когда нам принесли тарелки, оказалось, что в моей еды меньше, чем в других, Мой друг был не очень голоден, и мы незаметно обменялись с ним тарелками. Вернувшись в отель, он вдруг начал дрожать, потерял сознание и катался по полу, а с его губ стекала слюна. Когда прибыли врачи, они сразу же определили, что этот человек отравлен. Им удалось спасли его. Два дня спустя нас посетила группа в составе десяти офицеров в униформе SEBIN (секретная служба), и нам сообщили, что они установили личность иностранного агента, который организовал эту операцию. Мой друг, перед тем, как выздороветь, провёл шесть месяцев в инвалидной коляске.

Позднее, начиная с 2010 года, в нападениях на меня всегда участвовали джихадисты. Например, один из сторонников шейха Ахмеда аль-Асира устроил засаду на моего товарища по оружию и пытался его убить. Своей жизнью он был обязан только благодаря вмешательству одного из членов Сирийкой национал-социалистической партии. Нападавший был арестован Хезболлой и передан ливанской армии. После этого его судили, и он был приговорён к тюремному заключению.

Генерал Бенуа Пуга был главой избирательного штаба президентов Николя Саркози и Франсуа Олланда. По всей вероятности, именно он командовал солдатами, предоставленными Объединенным комитетом начальников штабов в распоряжение командующего армиями; солдатами, которые использовались в необъявленных войнах в Ливии, Сирии и Сахеле, где они тайно руководили джихадистами. Он стал Главным хранителем печати Почетного легиона.

В 2011 году дочь Муамара Каддафи, Айша, пригласила меня в Ливию. Она видела, как я выступал против ее отца по арабскому телевидению и хотела, чтобы я приехал и признал свою ошибку. Что я и сделал. В итоге, меня стали привлекать к работе в ливийском правительстве и даже поручили подготовку материалов для Генеральной Ассамблеи ООН. Когда НАТО напала на Ливийскую Арабскую Джамахирию, я был в отеле Rixos, где остановилась иностранная пресса. НАТО выслала журналистов, сотрудничавших с Альянсом, но не смогла вывезти тех, кто находился в Rixos, потому что его защищал Хамис, младший сын Каддафи. Он находился в подвале отеля, где все лифты были отключены. Ливийские джихадисты, которые позже вошли в состав Свободной сирийской армии, под командованием Махди аль-Харати и под наблюдением французских солдат окружили отель. Они убивали всех, кто подходил к окнам.

Ален Жюппе, обвинивший с трибуны ООН Муамара Каддафи в совершении мнимых преступлений, тайно одобрил ликвидацию Тьерри Мейсана, по данным иранских властей того времени. В настоящее время он является членом Конституционного совета.

В конце концов, Международный Красный Крест забрал нас и вывез в другой отель, где формировалось новое правительство. Когда мы прибыли в отель, меня встретили два иранских стража революции. Они были посланы президентом Махмудом Ахмадинежадом и вице-президентом Хамидом Багайе, чтобы спасти меня. Иранские лидеры получили копию решения секретного совещания НАТО в Неаполе о том, что, среди прочего, я должен быть убит, когда Триполи будет взят. В документе упоминалось о присутствии на соыещании министра иностранных дел Франции Алена Жюппе, друга моего отца. Позже офис г-на Жюппе заявил, что этой встречи не было и что министр в это время был в отпуске. Полагая, что проблема решена, Стражи Революции покинули страну. Однако в городе была распространена листовка с фотографиями двенадцати разыскиваемых лиц, в числе которых были одиннадцать ливийцев и я. Группа "повстанцев" начала обыскивать отель надеясь схватить меня. Сначала меня спасла журналистка RT, которая спрятала меня в своей комнате и не пустила "повстанцев", а потом меня спасали другие журналисты, в том числе журналист TF1. После всевозможных приключений, в которых я избежал смерти около сорока раз, я отправился вместе с сорока беженцами на борту маленькой рыбацкой лодки, лавировавшей среди военных кораблей НАТО, на Мальту. По прибытию в Валлетту, нас встретили Премьер-министр страны и послы стран, из которых эти люди бежали. Не было только французского посла.

Махди аль-Харати (представленный здесь в объятиях президента Эрдогана), последовательно был одним из главных деятелей "Флотилии свободы" в Газе, Исламской группы, сражавшейся в Ливии, и Свободной сирийской армии. Он финансировался ЦРУ и обучался во Франции.

Когда в Сирии началась "арабская весна", то есть тайная операция Великобритании по приведению к власти "Братьев-мусульман", как это было осуществлено столетием ранее с ваххабитами, я вернулся в Дамаск, чтобы помочь тем, кто принял меня здесь четыре года назад. Здесь я не раз встречался со смертью, но это была война. А однажды я стал непосредственной мишенью джихадистов. В тот раз "повстанцы", официально поддерживаемые президентом Франсуа Олландом, напав на Дамаск, пытались взять штурмом мой дом. Но сирийские военные установили миномет на моей крыше и оттеснили их. Их было сто человек против пяти сирийских солдат. Тем не менее, они были вынуждены отступить после трехдневных боев. Среди этих "повстанцев" не было ни одного сирийца, это были пакистанцы и сомалийцы без военной подготовки. Я помню, как они истерично выкрикивали «Аллах Акбар!», а затем бежали к моему дому. Даже сегодня, когда я слышу этот благородный призыв, у меня мурашки бегут по коже.

В 2020 году вернулся во Францию, к своей семье. Несколько моих друзей заверили меня, что президент Эммануэль Макрон не практикует политических убийств, как два его предшественника. Но я не был свободен. Кто-то сообщил таможенникам, что в контейнере вместе с моими вещами и вещами моего соратника якобы находились взрывчатка и оружие. Они перехватили контейнер и отправили около 40 чиновников на обыск. Это была ловушка, расставленная иностранной спецслужбой. Таможня разрешила вернуть изъятые товары в компанию, но на это ушло два дня, и за это время контейнер был разграблен, а мои вещи уничтожены. Все документы, которые там были, тоже исчезли.

Мой пример не единичен. Джулиан Ассанж, когда он раскрыл систему Vault 7, которая позволяет ЦРУ скомпрометировать любой компьютер или мобильный телефон, также стал мишенью США. Директор ЦРУ Майк Помпео при содействии Великобритании организовал несколько операций по его похищению или убийству. Или когда Эдвард Сноуден опубликовал множество документов о вторжении АНБ в частную жизнь, все члены НАТО объединились против него. Франция даже закрыла свое воздушное пространство для самолета президента Боливии Эво Моралеса, полагая, что на его борту находился Сноуден. Сейчас он живёт в России.

Никакой свободы на Западе на самом деле нет.

Перевод
Эдуард Феоктистов

Поддержим Сеть Вольтер

Сеть Вольтер на протяжении 27 лет отстаивает свободу слова, равенство в правах и братство по оружию. Наши публикации, в которых мы осуществляем анализ международных отношений, переводятся на другие языки и используются многими дипломатами, военными, преподавателями университетов и журналистами по всему миру.

Мы не только журналисты, мы также и граждане, вставшие на защиту Устава ООН и 10 принципов Бандунгской конференции. Мы не выражаем какую-либо идеологию или видение мира, мы пытаемся развивать у наших читателей критический дух. Мы предпочитаем разум вере, аргументы - убеждениям.

Мы выполняем большую работу несмотря на материальные трудности и недостаточную защищённость. В июле и августе мы провели большую работу по модернизации нашего Интернет-сайта. Теперь он стал более скоростным и доступен со смартфона.

В преддверии президентских выборов во Франции мы нуждаемся в вашей финансовой поддержке. Поддержите нас

 перечислив 25 евро
 перечислив 50 евро
 перечислив 100 евро
 или перечисляя 10 евро ежемесячно.

Если вы владеете несколькими языками и ваш родной язык не французский, вы можете помочь нам переводами наших статей. Для этого направьте нам сообщение по данному адресу.

Спасибо за оказанную поддержку.